https://bestseller.mybb.ru/ BestSelleR - Форум Писателей ru-ru Tue, 16 Feb 2016 13:30:36 +0300 MyBB/mybb.ru https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=60#p60 <p>Я очень люблю своего парня, какое счастье, что сейчас стало взаимным. Раньше он проходил мимо, я для него была неинтересной. Один раз я написала на форуме о любви к одну, и одна девушка скинула мне сайт: <a href="http://fatimagiya.ru/" rel="nofollow" target="_blank">http://fatimagiya.ru/</a> , сказав, что Фатима Евглевская ей самой парня пригорожила. Я не сталкиваясь с этими штучками, не знала о магии ничего, но все же решила попробовать и написала Фатиме о своей проблема. Была поражена ее точной диагностикой, в которой она рассказала все, но главные сюрпризы были ещё впереди. Мой любимый пригласил на свидание на .15ые сутки ее работы, мы пообщались и решили встречаться. Очень круто!</p> mybb@mybb.ru (Люссия) Tue, 16 Feb 2016 13:30:36 +0300 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=60#p60 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=59#p59 <p>...Воот такая безделица, кот напис за 15 мин. Была сведенная песня, но пропала.</p> <p><span style="font-size: 16px"><br />МОЛОДЕЖНАЯ<br /></p> <p>Вижу я дурацкий мир.<br />Слышу я дурацкий пир<br />из дрянных советских лир.<br />Окосев, спускаюсь в тир.</p> <p>Небо гонит наверху,<br />и теперь мы все в пуху:<br />там, наверно, наверху<br />посылают нас на ху.</p> <p>Я беру твою тетрадь,<br />чтоб язвить и помирать<br />и по площади шагать -<br />государство крыть, их мать.</p> <p>В комнатенке свежий гроб.<br />А второй уехал, чтоб<br />полечиться от хвороб,<br />позабыть начальных жоп.</p> <p>Я сегодня долго брал<br />ля-септима - не соврал<br />нам Высоцкий о земле,<br />напевающей в золе...</p> <p>Небо гонит наверху,<br />и теперь мы все в пуху:<br />там, наверно, наверху<br />посылают всех на ху.</p> <p>?08<br />(мотив &quot;лапти-да лапти мои&quot;<br />AmDmAm Dm<br />AmDmC<br />Fm G<br />Dm EmE) </span></p> mybb@mybb.ru (прохожий-№37) Wed, 28 Jul 2010 09:35:54 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=59#p59 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=51#p51 <p><span style="display: block; text-align: right"><strong>Автор: © Леонид Каганов<br />Источник: <a href="http://lleo.aha.ru/dnevnik/2009/01/27.html" rel="nofollow" target="_blank">lleo.aha.ru</a></strong></span></p> <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 16px"><strong>Лекция про идеи </strong></span></span><br />Проcили текст лекции? Написал.<br /><span style="display: block; text-align: center"><br /><strong>Анонс</strong><br />(повтор, но без него никак) </span></p> <p>Литература — пожалуй, единственный вид труда, для которого не требуется инструментов. Плотнику нужен рубанок, электронщику — паяльник, художнику кисти, музыканту клавиши, а писателю не нужно ничего. Огрызок карандаша, замусоленный блокнот — пиши строчку за строчкой, сочиняй шедевр, который, быть может, войдет в сокровищницу литературы... Так кажется новичку. Эта внешняя легкость сбивает с толку — кажется, любой в состоянии сесть и написать такие же складные цепочки слов, как на страницах книг, которые любим с детства. </p> <p>Однако, это не так. Литературное произведение (пьеса, сценарий фильма, сюжет игры) подобно зданию. В здание вложено огромное количество невидимого труда, о котором никогда не догадаются ни прохожие с фотоаппаратами, ни обитатели квартир. Это: фундамент, все внутренние коммуникации, система водоснабжения, вентиляции, тщательно рассчитанная и сбалансированная система опор и перекрытий, продуманная схема крыши, замыкающей всю конструкцию... Тот, кто не имеет представления об архитектуре и строительстве, но попытается скопировать постройку по внешнему виду, сможет успешно выстроить, раскрасить и оклеить изнутри уютными обоями лишь одноэтажный сарайчик (читай: этюд, набросок, маленький рассказик). Попытка же выстроить 20-этажный дом приведет к неизбежному краху. Исправить здание, достроенное до третьего этажа, но уже начавшее шататься и трещать по швам, невозможно: проще разрушить и начать строить заново — с котлована и забивки свай... Тех самых свай, которые в готовом произведении никому не видны, о которых не знал никто, кроме строителей. А ведь законы эти существуют тысячу лет; и все старинные замки и все современные небоскребы построены хоть и из разных материалов, но по одним и тем же принципам, которые никогда не изменятся. Что это за принципы? </p> <p>Как спроектировать сюжет? С чего начать? Как оценить по задумке, имеет ли смысл браться за работу? Какие факты и знания понадобятся для работы, а какие будут лишними, а то и вредными? Как прикинуть смету — количество труда, сил и идей, которые понадобятся в процессе написания? Что должно быть полностью готово и спроектировано перед началом основных работ? Как расчистить площадку от лишнего? Какие сваи необходимо забить прежде всего? Как сделать, чтобы конструкция сама тянулась вверх, а блоки укладывались легко и ровно? К сожалению, ответов на эти вопросы не найти, перелистывая страницы любимых книг: мы никогда не узнаем, какая работа шла в голове автора, пока он складывал буквы в слова, слова в предложения, а предложения — в абзацы, которые кажутся нам сегодня такими простыми и легкими. </p> <p>Я не учитель, не классик и не гуру, я просто один из тех парней, кто занимается литературой уже десять лет. За это время мне удалось кое в чем разобраться, что-то понять для себя — главным образом на собственных ошибках, которые теперь весело вспомнить. Но если бы кто-то объяснил мне эти вещи десять лет назад, я, быть может, не наступил бы на все те грабли, что подстерегают каждого, кто осваивает профессию литератора. Я расскажу то, что знаю: о чем догадался сам, что узнал от коллег, прочел у критиков, услышал на семинарах Литинститута и открыл для себя в зарубежных учебниках и методичках для сценаристов. Все, о чем здесь пойдет речь, исключительно мое личное мнение. Проще говоря, я расскажу о своих собственных ошибках и тех уроках, которые извлек для себя. </p> <p><span style="display: block; text-align: center"><strong>Что такое идея литературного произведения? </strong></span></p> <p>Новость первая: идея ничего не стоит. Ни одно законодательство в мире не считает идею объектом авторского права. Вы не можете запатентовать идею о человеке в штанах с пропеллером, о высадке космонавтов на Марс, о мальчике, который учится в школе волшебников или о полицейском, который вынужден приковать преступника к себе наручниками и провезти автостопом через всю Америку. Вы смело можете брать любую идею и писать свою книгу, и юридически никто вам не посмеет сказать ни слова (а вот читать унылые подражания желающих мало). Когда молодые авторы пишут мне с просьбой дать им перспективную идею, я всегда советую открыть любой памятник литературы и просто перенести сюжет в другие декорации (к эльфам, к роботам, на Марс, в современный Петербург). Мифы Древней Греции, сцены Ветхого Завета, пьесы Шекспира — любая идея годится, если нет своих. </p> <p>Новость вторая: своих идей все равно потребуется миллион. Хоть какая-нибудь более-менее новая идея должна быть в каждом абзаце — иначе просто не удастся его написать. Поэтому у любого пишущего автора идей огромное количество, а заодно и огромное количество задумок (см. «Притчу о садовнике»). </p> <p><span style="display: block; text-align: center"><strong>Мои первые ошибки </strong></span></p> <p>Как любой неискушенный читатель книг, я полагал, что основная работа писателя — кропотливо складывать слова в строчки в том же порядке, в каком я их читаю. В крайнем случае, — думал я, — писатель пишет в другом порядке: какую-то главу раньше, а какую-то дописывает потом. В самом крайнем случае он комкает листы и переписывает заново те места, которые ему показались неудачны. В любом случае я представлял себе работу писателя именно так: человек сидит за столом и пишет буква за буквой текст книги. Возможно, виновато в том само слово «писатель» («writer»), а если бы эту профессию называли старомодно «сочинитель», я бы понял кое-что раньше. </p> <p>Но я этого не понимал, и, начиная свои литературные упражнения, принимался писать «большие книги» трижды: в 11 лет, в 21 год и в 26 лет. И каждый раз это оканчивалось неудачей: я садился за стол строку за строкой расписывать первую главу (в последний раз удалось за несколько месяцев написать аж треть романа — он похоронен в дальней папке), после чего упирался в тупик, когда писать становилось мучительно не о чем. И что самое ужасное: не хотелось. Это тот самый творческий кризис, когда еще теоретически можно включить фантазию и навалять кучу приключений, но делать это уже абсолютно не хочется, потому что получающаяся в итоге унылая каша совсем не похожа на ту великую книгу, которой ты собирался осчастливить человечество. У меня было несколько гипотез, почему мои попытки оканчивались неудачей, но ни одна из них не подтвердилась. </p> <p>Тогда я бросил большую форму и несколько лет писал только рассказы. </p> <p>И тут кое-что стало проясняться. Оказалось, что недостатка в идеях у меня, в общем-то, нет — их можно брать отовсюду, а иногда они даже снятся. Идеи были одна заманчивее другой, но почему-то из одних идей получались рассказы, а другие навсегда падали в ящик письменного стола. Почему? По каким закономерностям? Перечислю несколько идей из тех, что я придумывал 10 лет назад — в 1997-1999 годах. Попытайтесь найти закономерность: </p> <p><span style="color: green"><strong>1) УДАЧА.</strong></span> Рассказ о студенте, который хоть и умер, но все равно вынужден закончить в мире свои дела, работу, сдать учебники... Получился достаточно сильный рассказ («Нежилец»). </p> <p><span style="color: maroon"><strong>2) НЕУДАЧА.</strong></span> Рассказ о загадочном одноэтажном доме, внутри которого бесконечная лестница, ведущая вверх и вниз: поднимаясь этажом выше, можно выйти в мир из точно такого же дома, только в завтрашнем дне, и так далее, и вниз можно опуститься в бесконечное прошлое. Идея была прекрасная, я даже рассказал о ней Лукьяненко, и он одобрил. Я написал начало рассказа, после чего работа застопорилась навсегда. </p> <p><span style="color: green"><strong>3) УДАЧА.</strong></span> Рассказ о друзьях, которые получили в руки мистическое оружие — достаточно показать кукиш любому человеку, и с ним случится какое-то несчастье, причем, сила оружия от этого растет, и беда каждой новой жертвы больше. Рассказ написался легко («Город Антарктида»). </p> <p><span style="color: maroon"><strong>4) НЕУДАЧА.</strong></span> Рассказ о небольшом устройстве, внутри которого появляется наша Земля размером с футбольный мяч, и с ней можно сделать что угодно, а эти ужасные катастрофы будут одновременно происходить над твоей головой. Идея была интересная, но работа над рассказом катастрофически застопорилась. Лишь спустя лет 10 я написал повесть «Черная кровь Трансильвании». </p> <p><span style="color: green"><strong>5) УДАЧА.</strong> </span>Рассказ о людях, которые пытаются прожить свой последний день, точно зная, что Земля через сутки погибнет в неотвратимом космическом катаклизме. Рассказ написался быстро и уверенно («До рассвета»). </p> <p><span style="color: maroon"><br /><strong>6) НЕУДАЧА.</strong></span> Рассказ о глазах, которые видят мир в звуковых волнах вместо световых. Идея была удивительно захватывающей: ведь звуки отражаются от предметов, проходят стены насквозь, звуки можно издавать самому, «освещая» себе путь как фонариком... Рассказ лег в дальнюю папку на 10 лет, и только потом превратился в повесть «УХО». </p> <p>Внимательный читатель уже заметил принцип, по которому одни идеи становились мотором, который быстро и успешно двигал вперед работу, а другие идеи (куда более интересные) превращались в неподъемный камень, который тянул работу на дно. Увы, сам я этих законов долго понять не мог, и вместо этого пытался выработать интуицию, которая помогала мне свести ошибки к минимуму. </p> <p>Прошло десять лет, и ответ оказался на удивление прост, его я прочел в одной книжке для американских сценаристов. Там было написано: идея любого фильма (напомню, это был учебник для сценаристов) должна выражаться одной фразой-формулой: <strong>&quot;ЭТО ИСТОРИЯ О ПЕРСОНАЖЕ, КОТОРЫЙ...&quot; </strong></p> <p><span style="display: block; text-align: center"><strong>История о персонаже, который...</strong> </span></p> <p>Как ни странно, это все объясняло. Фантастический орган зрения, интересный прибор, лестница сквозь время — все это не могло стать идеей литературного произведения. Это могло быть гвоздем, на который удастся (или не удастся) подвесить какую-нибудь сюжетную идею, но это никак не сама идея! Просто потому, что эти штуки — всего лишь объекты. У них нет конфликта, у них нет поведения, они лишены жизни во времени, описать их чудесную суть можно одним абзацем, после чего говорить станет не о чем. Они — двумерны и пригодны лишь для тех видов искусства, где нет работы со временем. Например, в живописи: художник сможет красиво нарисовать лестницу или вечный двигатель. Но эта застывшая картинка не оживет, и кино (картина, протяженная во времени) не получится. </p> <p>В основе сюжета должны лежать не объекты, а субъекты — существа, двигающиеся вперед по шкале времени. Любая история о героях, чьи особенности и конфликты заставляют их что-то делать, — она четырехмерна, пока героям есть что делать. Чем ярче сюжетная интрига и образы персонажей, тем быстрее и охотнее идет работа над текстом, который «протягивает» их судьбы через пространство времени! Чем больше интересных ситуаций, конфликтов и столкновений мотивов сулит идея — тем она удачнее. Но для этого надо, чтобы идея была перспективна с точки зрения человеческих конфликтов. Насколько идея позволит столкнуть разные мотивы персонажей? Насколько эти конфликты могут оказаться любопытны, поучительны и разнообразны? </p> <p>Люди, пытающиеся прожить последний день перед концом света (столкновением Земли со звездой) — это очень перспективная сюжетная идея, построенная на довольно унылом фантастическом допущении. А вот лестница времени, ведущая из прошлого в будущее, — это яркое фантастическое допущение без какой-либо идеи. Кто герой? Чего он хочет? Зачем он идет в будущее или прошлое? Кто и как пользуется этой лестницей? Интересного ответа на эти вопросы я до сих пор не смог найти, а все, что удалось придумать, оказалось вовсе не таким интересным и не заслуживало трудов по реализации. Вам нужна эта идея? Сможете придумать интересный сюжет? Пожалуйста, забирайте. </p> <p>Удачнее сложилась ситуация с глазом, который видит мир в звуковых волнах. Понадобилось десять лет, чтобы я прекратил обдумывать, смаковать и обсуждать с физиками подробности технической задумки, так увлекавшей меня, и начал, черт побери, думать о сюжетной интриге. Кто герой? Как он использует свой дар? Как теперь меняются его отношения с друзьями, коллегами, начальством, любимой девушкой? К чему это приведет его в итоге? Мне удалось придумать героя, который входит в сюжет со своими проблемами, потом решает их, получив в дар новое зрение, после чего возможность видеть то, что другие не видят, начинает его так тяготить, что он добровольно отказывается от этого дара, имея все шансы остаться слепым (но я героя пожалел). То же самое и в других случаях. Миниатюрный беззащитный земной шар внутри волшебного прибора тоже стал повестью лишь после того, как я придумал ярких героев из туристического замка в горах современной Румынии, чей мир, отношения, работу, любовь нарушила современная локальная война с ее грязью, ложью, туризмом, журналистами, интернетом и мобильниками. Эти сюжетные конструкции оказались достаточно прочными, чтобы на них можно было выстроить повествование, и техническая придумка стала удачной декорацией, а не центром внимания. Как я потом убедился, это и есть основной критерий удачного сюжета: отход технической идеи на второй план по сравнению с идеей сюжетной. </p> <p>Пропеллер на спине, который позволяет человеку летать, — это не сюжет. Необходимо придумать увлекательную историю про одинокого Малыша с недостатком родительского внимания, которому очень нужен тайный выдуманный друг, и Карлсона — капризного проказника с мотором. Вот тогда родится сюжет, в котором станет уже не важно, что это был за пропеллер и как устроен мотор — встраивался через позвоночник в кишечник или это просто коробка, пришитая сзади к штанам. И если бы Карлсон не умел летать, а просто ловко ползал по стенам, это бы сделало книгу не сильно скучнее, потому что ее центральная конструкция почти не связана с мотором. <br /><span style="display: block; text-align: center"><br /><strong>Для себя я понял такие принципы сочинительства </strong></span></p> <p>1) Произведение не равняется труду по набору на клавиатуре необходимого объема символов! Основная часть работы (по крайней мере, треть или половина) должна уделяться придумыванию сюжетных конструкций. Это самая ответственная часть работы, которая выполняется не на клавиатуре, а в метро, в ванной, на пробежке, на кухне за чашкой чая, в беседе с друзьями — в уме, в блокноте или в мобильнике. Конечно, большая часть мелких идей будет появляться в процессе работы над каждым абзацем, но основные опоры и фундаменты следует наметить перед тем, как сесть за клавиатуру и начать набирать сегодняшнюю порцию текста. </p> <p>2) Успех произведения зависит не от технической придумки, а от сюжетной! Существует немало способов придумать сюжет без потрясающей воображение фантастической гайки, но не существует способа написать интересную книгу о потрясающей фантастической гайке без интересного сюжета. Поэтому техническая идея — вовсе не то, на чем следует сосредотачивать свое внимание и надежды. </p> <p>3) Никогда не следует рассчитывать, что сюжет придумается сам во время работы. Может, придумается, а может, нет. Скорее всего — нет, или выйдет надуманным и скучным. Гарантия успеха — это сюжетная интрига, продуманная в общих чертах до начала работы. Все должно быть расписано в сюжетном плане по блокам и главам, и работу можно начинать лишь после того, как в уме (на листочке) собран макет, и стало ясно: конструкция получилась интересной и сбалансированной. </p> <p>Некоторые авторы рассказывают, что надо писать «по вдохновению», не зная заранее, чем все кончится. Наплюйте. Они либо лукавят, либо лгут сами себе, либо не написали в жизни ничего достойного. Как правило — второе. Потому что обычно автор интуитивно чувствует, какой будет концовка и чем завершится история на стратегическом уровне. Погибнет ли Остап Бендер в последней главе — это авторы могут решить в последний момент, бросив жребий, но они с самого начала знали, что сокровища ему не достанутся, потому что такова идея книги, этот факт и является сюжетной концовкой. </p> <p><span style="display: block; text-align: center"><strong>План литературной работы </strong></span></p> <p>Осталось рассказать о плане работы. Здесь нет четкой последовательности, потому что одно может придуматься раньше, другое позже. Интересный герой может породить идею, интересная идея — сюжет с героями, интересная философская или социальная проблема подскажет, какую выбрать идею и каких к ней подобрать героев. Однако каждый из этих пунктов необходим. </p> <p><strong>1) Сюжетная интрига.</strong> </p> <p>Я специально уже не использую слово «идея» — как мы выяснили, идеи недостаточно. Сюжетная интрига — это «история о персонаже, который...». Сюжетная интрига должна будить воображение и вызывать желание сразу придумывать многочисленные сценки и эпизоды, представляя, как с такой проблемой и в такой ситуации могут развиваться взаимоотношения героя с окружающими. Например: история о человеке, который просыпается каждое утро в одном и том же дне 2 февраля... Или: история о честном следователе вселенской прокуратуры майоре Богдамире, которому космические бандиты специальным прибором пытались стереть память, но по ошибке стерли совесть... </p> <p><strong>2) Общая идея (философская идея, сверхидея). </strong></p> <p>Общая идея — это не сюжетная идея! Это нечто сверх и дополнительно. Сюжетной идеей может быть увлекательная история про бандита, который мстит бандитам, но философской идеи в этом сюжете может не быть вовсе. О чем эта книга? Перестрелка, месть, добрый бандит победил злых, — базара нет, это понятно... Но о чем книга? О чем хотел написать автор? В лаборатории ФСБ создали мутанта, он вырвался, ломает город, кусает людей, тем временем бывший спецназовец, знающий, к тому же, древнюю славяногорскую магию, отважно бросается защищать здание, в котором его девушка... Все понятно, искренне сочувствую, желаю спецназовцу успеха, но книга-то о чем? А вот книга о профессоре, который сделал собаке операцию и превратил ее в человека. При этом философская идея — о том, что среди людей встречается быдло злее, тупее и разрушительнее любой собаки, и несчастно то государство, в котором это быдло приходит к власти... </p> <p>Для себя автор должен четко знать, о чем он пишет на самом глобальном уровне. Нужна социальная или философская проблема. Извините. О дружбе? О любви? Слишком просто и расплывчато. О проблеме выбора? О победе над собственной слабостью? Об ответственности за существ, которых породили? О необходимости победить в себе надменность и презрение к окружающим («День сурка»)? О безвозвратной кончине мещанского мира, когда даже жулики не могут стать обладателями сокровищ, потому что любые сокровища в новом мире принадлежат народу (&quot;12 стульев»)? Чем интереснее сверхидея — тем глубже окажется произведение. Если глобальной идеи не задумывалось изначально (задним-то числом можно напридумывать какие угодно морали, а вот изначально?) — то такое произведение, на мой взгляд, не заслуживает потраченного труда. </p> <p>Узнать, есть ли в вашем произведении сверхидея, очень просто. Достаточно сесть и написать «письмо матери» или «письмо другу». Отправлять его не надо, достаточно просто изложить другому человеку глобальную задумку, стараясь избегать пересказа самого сюжета (это плохой признак). «Дорогая мама! Я задумал написать гениальный роман. Это будет книга о парне, который борется с мафией, потом в него — тра-та-та! — стреляют из пулемета, он падает, а тут такие инопланетяне на тарелке — оп! — и лечат его, а потом выясняется, что они его взяли для экспериментов и хотят убить, и тогда он им в ответ — бац, бац! — а сам такой на их тарелке — вжих обратно на Землю! — и всю мафию из мезонного пулемета — трататата! Ой... Дорогая мама, кажется, теперь я понимаю, что собирался писать полную безыдейную фигню. Одни дешевые спецэффекты. Пойду придумаю что-нибудь другое...» </p> <p><strong>3) Персонажи. </strong></p> <p>Я глубоко убежден, что персонаж должен выбираться под идею сюжета — она первичнее. В зависимости от того, что требуется для наилучшего выражения идеи, персонаж может быть сильным или слабым, мещанином или авантюристом, дураком или умным, и так далее. Главное — чтобы персонаж был не шаблонным. Проверить это просто: шаблонный персонаж — это тот, кого можно описать, назвав профессию, и всем станет все о нем понятно: крутой десантник, сумасшедший ученый, простой студент, клерк-неудачник... Все это — картонные персонажи, которых следует избегать. Создайте персонажа заново, пусть он будет объемным. </p> <p>Вам нужен студент? Хорошо, пусть будет студент. Но кто он? Чем он живет? Что любит? Чего боится? Какие у него любимые слова и выражения? Какие у него сильные черты? В чем его слабости? Какая его биография? Что отличает его от всех прочих студентов? Придумайте интересный образ. Может, он родом из семьи лесника, ему тяжело в городе, он тоскует по природе и понимает язык зверей? А может, у него папа замминистра транспорта, пристроил сына в финансовую академию, а тот мечтал стать клоуном в цирке, и это в нем постоянно прорывается? Может, он с детства увлекался взрывчаткой, и у него нет трех пальцев на руке? А может, он один из лучших в Москве аквариумистов и зарабатывает на жизнь тем, что разводит в общежитии аквариумных рыбок, пряча их от сволочного коменданта? Все, что вы придумаете, будет гораздо лучше, чем «простой студент». Скорее всего для основного сюжета эти подробности вообще никак не пригодятся, а будут лишь разок упомянуты (впрочем, неплохо, если в кульминации знания аквариумиста спасут всех от стаи пираний в реке), но в любом случае это даст объем и вкус для читателя. Но важно даже не это, мы не о читателе сейчас беспокоимся! Важно, что с таким персонажем самому автору станет работать легче и интереснее, яркий персонаж способен сам двигать вперед повествование и подсказывать увлекательные сюжетные ходы. </p> <p><strong>4) Драматургия. </strong></p> <p>Есть мнение, что драматургия в книге ни к чему. В конце концов, история знает немало книг, обходящихся без драматургии: например, толстые тома, в которых нет диалогов, зато идут сплошные публицистические выступления автора, высказывающего свое мнение по самым разным вопросам мироздания. Или книги про удивительный мир, в котором столько интересного, что главному герою достаточно работать ходячей камерой — вертеть башкой по сторонам и просто перечислять чудеса, которые он видит вокруг. </p> <p>Все это становится возможным потому, что одними литературными достоинствами (уникальность путевых заметок о Тибете) можно компенсировать другие. Однако, драматургический конфликт, будь он, украсит и книгу о быте Тибета и эссе философствующего журналиста объемом в роман. </p> <p>Драматургия (или сюжетное построение — термины не имеют значения) в книге абсолютно необходима. Как это устроено? </p> <p>Любая сюжетная идея всех времен и народов состоит из трех частей. В России это называется «завязка — кульминация — развязка». В голливудских учебниках — «первое поворотное событие» (то, что меняет жизнь персонажа и образует завязку) и «второе поворотное событие» (то, что между кульминацией и развязкой). Герой шел по берегу реки, чтобы протянуть в деревню интернет-кабель вместо оборванного бурей, и вдруг упал в реку (завязка, первое поворотное событие), его несет река, он пытается выбраться, но не умеет плавать, напряжение нарастает, впереди ужасный водопад (второе поворотное событие, кульминация), смерть неминуема, но в последний момент он хватается за свисающий сверху провод и спасается (развязка). Кстати, это тот самый оборванный провод, о котором говорилось в первой главе, а мы — ага! — уже и забыли, увлекшись водопадом. Это пример примитивной, но грамотно построенной сюжетной конструкции. </p> <p>Еще одно важное драматургическое правило: герой должен меняться внутренне. Если герой остался тем же, что был в начале книги, если у него не изменилось мировоззрение, вкусы, привычки, отношения с окружающими и миром — то это плохой герой, признак дешевой литературы. Как и почему меняется мой герой? — над этим вопросом должен задумываться каждый автор в процессе работы. </p> <p>Сюжет книги двигается вперед при помощи конфликтов. Это — мотор. Нет конфликта — нет сюжета, писать не о чем. Герой должен обладать мотивами, которые вступают в конфликт с мотивами других героев (либо с обстоятельствами), тогда получается конфликт. Драматурги считают, что сцены, в которых конфликты не развиваются и не усложняются, вообще не нужны для повествования и их следует исключить как лишние. Но в книгах отношение к этому гораздо проще, можно позволить себе вольные отступления и абстрактные главы. </p> <p>Тем не менее, в проекте книги (который пишется заранее) следует обозначить все крупные части повествования и выстроить их строго в соответствии с сюжетной интригой, сверхидеей и внутренним развитием персонажей. Тем, у кого плохо получается большая форма (мне, например) следует разбить сюжет на крупные части, в каждой из которых придумать свой сюжет (в рамках общего), снабдив героя мотивами, которые закрутят сюжетную интригу внутри каждой части. Любой, кто в силах написать небольшую повесть, сможет написать и роман, состоящий из трех историй, происходящих так последовательно, и так плавно переходящих друг в друга, что читатель никогда не догадается, что в изначальных чертежах это были три повести. </p> <p>А вот автор, начинающий большую работу без расчерченного проекта, неизбежно сталкивается с проблемами. Его фантазию понесет вбок, и сюжет в итоге окажется несоразмерным, нелепым и перекрученным. Либо — всю дорогу автору придется вертеться, разгадывая случайные загадки, условия которых он задал себе сам на прошлой странице («итак, у героя есть компас и противогаз, его связали пираты и отправили на Луну в ракете, черт возьми, что бы такое теперь придумать, чтобы он оказался в Лондоне?»). Так появляются «рояли в кустах». Либо автору придется писать «детектив одного листа»: мучительно петлять и путать следы, пытаясь на каждой следующей странице обеспечить читателям «неожиданность», объясняя, что все события предыдущей страницы следует воспринимать наоборот: белый рояль в кустах оказался черным, а злой Гитлер с пистолетом на самом деле переодетая добрая девочка, которую прислали на помощь... </p> <p><span style="display: block; text-align: center"><strong>Подведем краткий итог </strong></span></p> <p>Книги не пишутся строчка за строчкой. </p> <p>Рассказ, повесть, роман — чем больше объем текста, тем больше требуется потратить времени и сил на сюжетное планирование, иногда даже больше, чем на выписывание нужного объема знаков. Не надо этим пренебрегать и не надо думать, что время вдали от клавиатуры потрачено зря, а у «нормальных» авторов все по-другому: сел и гонишь текст. Нет, у нормальных авторов как раз именно так. </p> <p>Основной упор при планировании сюжета следует уделять не технической придумке (ее цена — копейка), а драматургическому конфликту персонажей, разработке их мотивов и стремлений. </p> <p>При этом надо четко для себя понимать, о чем твоя книга и что ты хочешь сказать читателю, иначе выйдет пустая развлекаловка. Понимание, о какой проблеме ты пишешь, тоже не гарантия глубины. Но если об этом вовсе не задумываться — глубины не будет гарантированно. </p> <p>И самое главное: все основные сюжетные построения должны быть готовы перед началом работы с текстом. Потом будет поздно.</p> <p><span style="display: block; text-align: right"><strong>27 января 2009</strong></span></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Tue, 08 Jun 2010 17:10:25 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=51#p51 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=50#p50 <p><strong>ВЦИОМ представляет нам такие данные о читающих в России:</p><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p>Никогда (очень редко) - 35%<br />Постоянно (ежедневно) - 22%</p> <p>Не имеют дома книг - 16%<br />До 100 книг - 44%</p> <p>В основном читают приключения (Дюма) и &quot;Женский роман&quot; (Донцова), и еще классику.</p></blockquote></div><p>Читают действительно маловато. Отмахиваясь обилием других дел, усталостью и нехваткой времени (причем такие граждане успевают запоем смотреть мыльные оперы)<br />Дети книжек не читают. Статистика по москве: школьник, старше 15 лет, в среднем за жизнь, прочитал 3 книги. (Хочется добавить: Выкурил вагон сигарет, выпил цистерну пива, посмотрел чемпионат мира по футболу и скачал 1000 терабайт порнухи и т.д., а всему он научился у родителей)</p> <p>Что с культурой чтения происходит? Или я загнул и все не так плохо?</p> <p>Голосуйте, пишите, может разберемся.</strong></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Mon, 07 Jun 2010 18:31:23 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=50#p50 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=44#p44 <p><span style="display: block; text-align: right"><strong>Автор: © Генри Лайон Олди<br />Источник: <a href="http://t-e-x-t.ru/write/write-006.html" rel="nofollow" target="_blank">t-e-x-t.ru</a></strong></span></p> <p><span style="display: block; text-align: center"><strong><span style="font-size: 16px">Я наваял нетленку - что дальше?</span></strong></span></p> <p>Каждый день в каждое крупное издательство приходят десятки писем от начинающих авторов. Почти в любом - просьба о публикации. При таких объемах любая ошибка или неточность автора, которая создает для издателя затруднение, приводит к окончанию переговоров. Проблемы решать просто некогда! <br />Выход прост - не допускать ошибок! И в этом Вам поможет данный текст, в котором подробно рассмотрены все этапы, от установления первого контакта с издателем, и до подписания договора. Гарантии того, что Вашу работу опубликуют, если Вы будете четко следовать приведенным рекомендациям - нет. Но в любой момент Вы будете знать, что сейчас происходит, и чего не стоит делать дальше. <br />Текст подготовлен по выступлению Дмитрия Громова и Олега Ладыженского (Г. Л. Олди) на семинаре молодых авторов (фестиваль фантастики &quot;Звездный Мост&quot; 2002 года). </p> <p><strong>ВВЕДЕНИЕ</strong><br />Будем считать, что материал для публикации у Вас уже есть. Это может быть роман, несколько повестей и рассказов, - главное, чтобы суммарный объем текстов был не менее пятнадцати авторских листов. Авторский лист - это 40 000 знаков, значит, у Вас должно быть не менее 600 килобайт чистого текста (&quot;text only&quot;). <br />Будем также считать, что Вы приложили максимум усилий, чтобы это был достойный материал. В нем нет синтаксических и грамматических ошибок, Вы не раз внимательно его вычитывали и шлифовали, постоянно улучшая стиль. Сюжет логичен, а главные герои вырисованы ярко и оригинально. <br />Перед тем, как все начнется, запомните следующие общие положения: <br />- не создавайте технических проблем издателю - используйте для пересылки самые распространенные форматы; если Вас попросили что-то прислать (аннотацию, синопсис, заявку, описание жанра и особенностей Вашего текста...), то сначала пришлите, а потом спрашивайте, зачем и т. д.; <br />- будьте вежливыми в любой ситуации и не будьте слишком настырными - даже если Вам откажут, то вполне вероятно, что Вам придется работать с этими людьми в будущем - не стоит портить отношения; <br />- будьте терпеливыми - приготовьтесь к тому, что процесс займет не менее полугода в самом лучшем варианте. </p> <p><strong>ПЕРВЫЙ КОНТАКТ</strong><br />Для начала надо провести небольшую разведку, чтобы решить, в какое издательство лучше отправлять текст. Дело в том, что большинство произведений выпускаются в рамках какой-либо литературной серии. Каждая серия ориентирована на конкретный жанр, поджанр или даже - на конкретную группу писателей. В каких-то сериях публикуются произведения только зарубежных авторов, в каких-то - только отечественных; бывают и смешанные, но реже. Вне серий могут издаваться или очень популярные, зарекомендовавшие себя ранее книги, или произведения популярного автора, где книга будет куплена &quot;за имя&quot;, что очень маловероятно в Вашем случае. <br />Поэтому надо выбрать выходящие в данный момент серии, в которые подходит по направленности, стилю и жанру Ваше произведение. Это можно сделать с помощью Интернета, например, на сайте &quot;Все книги фантастики&quot;, но быстрее и дешевле пойти в хороший книжный магазин и посмотреть, что лежит на полках. В этом случае Вы легко сможете узнать и электронный адрес издательства, и имя редактора серии - эта информация указывается обычно в выходных данных на последних страницах книги. <br />Решив, какие издательства Вам нужны, и раздобыв их электронные адреса, можно писать и первое письмо. Важно! Не имеет никакого смысла с самого начала посылать весь текст или объемные отрывки из него. Сейчас Ваша задача - установить контакт с издателем, и только после его просьбы можно пересылать текст. <br />Начинать с приветствия: &quot;Уважаемое издательство!&quot; - никуда не годится. Письмо изначально попадает на машину секретарши, и шанс, что после такого приветствия оно пойдет дальше, не затерявшись в общей груде корреспонденции, - невелик. Лучше всего начать: &quot;Здравствуйте, уважаемый :&quot;, где вместо точек стоит имя конкретного редактора или куратора серии. В этом случае письмо, скорее всего, попадет по назначению. Если имени Вы не знаете, то после общего приветствия попросите переслать это письмо редактору (куратору, зав. редакцией или редакционными группами) нужной Вам серии. <br />Далее следует поместить краткую информацию о себе и о тексте. Ключевое слово - &quot;краткую&quot;: Ваши анкетные данные и подробная автобиография на двадцати страницах издателя не интересуют. Фамилия, имя, отчество. Контактный адрес, телефон, альтернативный электронный ящик. И все. Возраст, социальное положение и т. п. указывать не надо. Оптимальный объем аннотации к тексту составляет три-четыре килобайта. В нее надо включить: развернутое описание жанра произведения (космическая опера с элементами НФ, психологическая фэнтези, хоррор на городском материале, героико-эпическая сага...), схематичный сюжет и особенности стиля изложения. Это не должно быть копией аннотации, которую Вы хотите видеть на форзаце книги, и которая заканчивается словами: &quot;а теперь переверните страницу и погрузитесь в увлекательное повествование&quot;. Нужна краткая и реальная информация. Рекламировать книгу будет издатель. Потом. Если захочет. <br />Если уж очень не терпится, вышлите небольшой фрагмент начала романа в запакованном виде. Подчеркивается: &quot;небольшой&quot;. <br />Сообщать в письме о том, что Ваши произведения находятся на таких-то и таких-то сайтах, выходили в таких-то и таких-то фэнзинах и даже получали такие-то и такие-то призы или отзывы родственников, друзей и сетевых читателей - не нужно. Издатель рискует своими деньгами, и подобная информация его не интересует. Аккуратно упомянуть можно только о публикациях в изданиях, имеющих хоть какой-то вес (например, журналы &quot;Если&quot; или &quot;Звездная дорога&quot;). Не стоит расписывать, если это произошло, что Ваши предыдущие романы были выпущены в таком-то издательстве. Вы знаете о том, как редактор этого издательства относится к книгам того издательства? А если негативно? Зачем рисковать? Тем более странно, что этот роман Вы несете сюда: значит, там от Вас отказались? <br />Если же Вы все-таки сообщили, что публиковались в другом издательстве в виде &quot;сольных&quot; книг - имейте в виду, что этот издатель почти наверняка проверит, как быстро уходили со склада и из продажи Ваши книги, как Вы себя зарекомендовали в том издательстве, по каким причинам ушли и т. д. Возможно, это сыграет Вам на руку. Возможно - нет. <br />Разослав письма, самое лучшее забыть о них - легче будет ждать ответа. Даже на минуту не мечтайте, что Вам ответят назавтра. Хорошо будет, если с первого раза вообще ответит хоть кто-нибудь. Прождав недели две, письмо можно (нужно!) отправить снова. В вежливой форме: &quot;Такого-то числа я отправлял Вам письмо, видимо, из-за сбоев в работе Сети Вы его не получили. Привожу его еще раз:&quot;. Прождав теперь неделю, шлите снова. Остановиться имеет смысл где-то после пятого-шестого раза. <br />Будьте вежливыми до конца. Не раз случалось, что ответ приходил через месяц или даже более, и ответ положительный. Но если к этому сроку Вы уже будете угрожать или ругаться, то желание иметь с Вами дело у издателя пропадет. </p> <p><strong>РАСПЕЧАТКА И ОБХОДНЫЕ МАНЁВРЫ</strong><br />Рассмотрим еще несколько способов, которыми можно донести до издателя свою рукопись. Самый простой - это распечатать и отослать по почте бандеролью. У этого способа два недостатка: он дороже, чем электронное письмо, и он медленнее, чем электронное письмо. Преимуществ же у него нет. Каждое приличное издательство и так распечатывает полученный текст - с экрана практически никто не читает. Если же фирма пытается на этом экономить, то подумайте - стоит ли Вам с нею связываться? Если решите, что &quot;стоит&quot;, то подумайте еще раз. <br />Многие считают, что успех может обеспечить протекция известного автора. Может, но вероятность этого не намного выше, чем когда Вы действуете самостоятельно. Это признают сами писатели, и причина здесь не в их нежелании помочь, а в позиции издателя. Он рискует своими деньгами (это уже говорилось, но данный факт очень важен для понимания механизма публикации), поэтому и решение принимает самостоятельно. И если он думает, что книга не вернет затраченных денег, то никакие уговоры знакомого именитого автора не помогут в ее издании. Ну, разве что этот знакомый именитый автор поставит свою фамилию на обложку Вашей книги. Единственное, в чем может помочь протекция, так это в том, что с Вашей рукописью ознакомятся в первую очередь. И то не обязательно. <br />Почему-то хорошей идеей считается поймать редактора издательства на конвенте фантастики и вручить ему рукопись. Если уж Вы решите действовать таким способом, то пронумеруйте и подпишите все листы, сложив их в отдельную папку. Иначе в суматохе непременно рассыплются, и часть потеряется. Вот только зачем? Понятно, что на конвенте редактор знакомиться с рукописью не будет - не для того он сюда приехал. Разве что в паузе глазами пробежит. А потом он уедет в свой город, и Вы окажетесь в точно такой же ситуации, как если бы пересылали рукопись по электронной почте. Только при этом еще не будет уверенности, что с Вашим текстом ничего по дороге не случилось. <br />Если уж попали на конвент, встретили интересующего Вас издателя, познакомились с ним, и он согласился взять Ваши тексты на рассмотрение - лучше вручите ему подписанную дискету. (На дискете желательно указать свои Ф. И. О., адрес, телефон, e-mail, названия произведений, а также формат и архивацию, в которых они записаны.) И Вам, и издателю будет удобнее везти с собой одну-две дискеты, а не огромную кипу бумаги. А читать текст он или его сотрудники будут все равно позже, в издательстве, а не здесь, на конвенте. Там и распечатают (об этом уже говорилось выше). <br />Хорошим, но достаточно трудным вариантом является переезд на месяц или больше в Москву, личный поход по издательствам и разговоры с редакторами. Хотя иногда, чтобы встретиться с нужными людьми, не хватит и месяца. Вероятность, что Вы сможете за этот срок договориться об издании - отнюдь не стопроцентная. <br />Впрочем, пробовать можно все. Раз в год и палка стреляет. </p> <p><strong>ОТПРАВКА РУКОПИСИ</strong><br />Итак, Вы все же дождались ответа от издателя. Будем считать, что он заинтересовался и в результате попросил выслать рукопись. Если при этом он выдвинул какие-то требования к ее оформлению, то естественно, что их надо выполнить. Если никаких требований нет, то лучше всего сохранить произведение как &quot;только текст&quot; в кодировке Windows, запаковать архиватором zip, прикрепить полученный файл к письму и отправить. <br />Теперь подробней, почему так, а не иначе. Чем сложнее будет формат текста, тем больше вероятность, что на машине издателя (штатного рецензента, редактора...) он будет выглядеть не так, как Вы задумывали, или вообще не прочитается. Существует возможность того, что текст просто не откроется, если будет подготовлен для другой версии программы. При этом Ваше оформление текста, для которого и нужны сложные форматы, издателя нисколько не интересует - он, в любом случае, будет заниматься &quot;дизайном&quot; самостоятельно, при будущей верстке, а всякие изыски, вроде желтого текста на синим фоне, лишь создадут негативное впечатление. <br />Самый лучший вариант поэтому - простой текст (.txt), разбитый на абзацы (не на строки!), который без проблем можно прочесть и легко распечатать на любом компьютере. Разметка текста: курсив, жирный - в данном случае все равно не важна, принять решение о публикации можно и без нее. <br />Архиватор zip рекомендуется использовать потому, что этот формат очень широко распространен. Некоторые операционные системы умеют работать с ним даже без использования дополнительных программ. Ни в коем случае не используйте самораспаковывающиеся архивы. В этом случае, стремясь сделать процесс распаковки гарантированным, Вы лишь окажете себе медвежью услугу. Из-за обилия вирусов все исполнимые файлы, приходящие по почте, зачастую сразу удаляются. Во избежание. Выслать текст повторно Вас могут и не попросить. <br />Береженого - бог бережет? Говорят, пока не заключен договор, высылать текст целиком очень опасно. Возьмут и напечатают под другим именем: Надо сказать, что подобные опасения имеют под собой некоторую почву. В девяносто втором году, десять лет назад, был случай, когда авторскую рукопись издали под чужим именем. Ни уважения, ни славы, правда, это вору не принесло. С тех пор рынок стал гораздо цивилизованней, и скандалы подобного рода не нужны ни одному издательству: ему просто скоро нечего станет печатать. Короче, очень маловероятно (почти нереально), что Ваше произведение украдут. Не пропадают такие страхи из-за их поддержки отдельными литературными агентствами, но делают они это с вполне очевидной целью, так что об этом больше не будем. <br />Поэтому высылайте спокойно весь текст: шансов полного плагиата ничтожно мало. Да, можно, конечно, написать, что Вы боитесь плагиата, поэтому шлете фрагмент, а в случае согласия и письменного договора... Поступать, однако, подобным образом глупо. Этим Вы со стопроцентной вероятностью оттолкнете издателя от сотрудничества. На его взгляд, Ваш текст не стоит проблем, которые Вы начинаете создавать на пустом месте, рассмотрения ждут еще десятки (сотни) работ. Это не очень благоприятное для автора положение, но пока Вы не заработали себе имя, с ним придется мириться. </p> <p><strong>ОТВЕТ ИЗДАТЕЛЯ</strong><br />Он может быть трех типов. Первый: &quot;Вы нам не подходите&quot;. Все - на этом направлении нужно остановиться. Пытаться выяснить &quot;почему&quot; и &quot;что подходит&quot;, забрасывая издателями письмами с требованиями объясниться или выслать Вам рецензию редактора в развернутом виде - бесполезно. У Вас один шанс из ста, что Вам ответят. Лучше поблагодарить за потраченное время и перейти к другим вариантам. <br />Второй: &quot;интересно, и если Вы переделаете это, это и это, то мы подумаем&quot;. Если изменения небольшие и справедливы (большей частью технические), то переделать можно и нужно. Если же Вам предложили переписать половину текста вдребезги и по-новому, то решайте на свое усмотрение. Примите во внимание тот факт, что девять из десяти авторов на подобное предложение соглашаются. Люди зачастую готовы на публикацию любой ценой, хорошо это или плохо. Учтите, однако, что нет никакой гарантии, что переработанный текст в итоге все-таки опубликуют. <br />Ошибка, которую в данной ситуации можно совершить, состоит в спешке. Если Вы пообещаете за три дня все переделать начисто, то дальнейшая переписка с издательством, скорее всего, прекратится, или Вам быстренько откажут: только наивный дилетант может серьезно изменить текст за подобное время. Если издатель Вас не торопит, то прикиньте, сколько времени Вам потребуется на тщательную переработку, умножьте это число на два и получившийся срок называйте издателю. <br />Третий ответ, самый радостный: &quot;Вы нам подходите без всяких оговорок, высылаем договор&quot;. Все? Нет! Договор тоже содержит много подводных камней, и в следующей части мы о них поговорим. </p> <p><strong>ДОГОВОР</strong><br />Теперь уже можно не так переживать по поводу &quot;опубликуют или нет&quot;. Издатель уже потратил на Вас достаточно времени и сам заинтересован в том, чтобы довести текст до печатного станка. Но расслабляться еще рано - надо отстоять свои права. У каждого издательства есть типовая форма договора, который и будет выслан Вам. Естественно, по понятным причинам, все, что можно оформить в свою пользу, издатель оформит именно в свою. Но договор называется договором, то есть, Вы должны прийти ко взаимным договоренностям. Не спешите сразу, не читая, подписывать контракт и бежать хвастаться друзьям, а также излагать сей факт (а заодно и условия договора) в Сети (обычная ошибка начинающих авторов!). Сильно изменить текст договора Вам, скорее всего, не дадут, но отдельные пункты вполне обсуждаемы и изменяемы. <br />Довольно разумная мысль - показать текст полученного договора специалисту - к сожалению, часто бывает трудноосуществима. Юридическая наука довольно обширна, и зачастую юристы имеют специализацию. Лучшие из тех, кто специализируется на авторских правах, работают в издательствах. В небольшом же городке может не оказаться специалиста даже среднего уровня. <br />По отдельным пунктам разъяснение можно запросить у самого издательства, но не стоит этим сильно увлекаться - увы, зачастую редактор сам не в курсе, что значит конкретная фраза - договор составляет не он, а специальный отдел издательства. Основным же Вашим помощником будет здравый смысл. <br />Ключевые пункты, по которым Вы должны проверить договор: <br />- гонорар начинающего автора должен составлять не менее семи процентов от отпускной стоимости книги. Больше десяти вам вряд ли кто-то даст, соглашаться на меньшее, чем семь, - по усмотрению автора. Но семь-десять процентов - это реальная цифра. Следует уделить внимание тому, что отпускная цена книги намного меньше той, за которую ее продают с лотка или в магазине. Зачастую речь идет о сумме около одного евро за книгу - такова средняя отпускная цена оптовику со склада издательства (речь идет о стандартной книге в твердом переплете; с &quot;покетом&quot; цифры другие). Тираж в 15000 экз., таким образом, принесет Вам гонорар примерно в 1000 евро. Это для тех, кто сразу начинает оформлять покупку &quot;Мерседеса&quot;. <br />- деньги Вы должны получить не &quot;после реализации тиража&quot;, как бы Вас ни пытались в этом убедить и зафиксировать это в договоре. В этом случае издательство вечно держит на складе одну пачку, тираж не реализован до конца, и Вы остаетесь только с авансом, если таковой имел место. Поэтому выплата гонорара должна быть оговорена сразу после издания или через какой-то разумный и непременно - конкретный срок после подписания договора. <br />- нормальный срок эксклюзивных прав на издание для начинающего автора - три года. Лучше - меньше. Соглашаться на больший срок - опять-таки на Ваше усмотрение. Сразу поясним, что такое &quot;эксклюзивные права&quot; - это означает, что Вы не можете в течение их действия издавать произведение в других издательствах. <br />Все &quot;лишние&quot; пункты из договора постарайтесь вычеркнуть. Например, на всякий случай, издательство оставляет за собой права на перевод, переработку и экранизацию книги. Задайте им прямой вопрос: &quot;Собираются ли они это делать?&quot;. Если ответ будет &quot;нет&quot;, то это будет хорошим аргументом для удаления данных пунктов. Вместо вычеркивания, можно, наоборот, везде приписать: &quot;с письменного разрешения автора&quot;. Это даст Вам право самому решать, как поступить, если такие положения &quot;сработают&quot;. <br />И последний совет. Договор подписан. Когда имеет смысл начать разговаривать о следующей книге? Правильный ответ - через два месяца после издания первой. В этом случае издательство уже будет видеть коммерческую успешность книги, что даст ему возможность принять решение. Надеемся, что в Вашу пользу. Да, изредка бывает, что речь о следующей книге заходит сразу. Но это, скорее, исключение. <br />Удачи Вам в задуманном деле! </p> <p>P. S. Это все только наброски фарватера. Пройти же между рифами к читателю без пробоин поможет либо собственный, накопленный годами опыт вкупе со здравым смыслом и хладнокровием, либо опытный лоцман. Но это уже совсем другая история.</p> mybb@mybb.ru (Администратор) Mon, 07 Jun 2010 12:43:17 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=44#p44 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=43#p43 <p><span style="font-style: italic">Продолжение</span></p> <p><strong><br />25. Чтение произведений искусства </strong></p> <p>Оно требует, — по крайней мере в первый раз, — пассивного чтения. Лишь вслед за этим следует чтение с проработкой. Если вы, читая стихотворение, в то же время анализируете его — это будет очень умное, может быть, препровождение времени, но не восприятие произведения искусства. Надо вспомнить, повторяю, как мы читаем любимые стихи любимого поэта. Мы отдаемся им, мы переживаем, мы впиваем их. Как только начался анализ — началась совершенно иная деятельность, конечно не только полезная, но и необходимая. Но разбор на части, критика, выяснение плана не есть восприятие произведения искусства. </p> <p>Восприятие крупных по размерам произведений, например &quot;Войны и мира&quot; или вообще какого-либо романа, не может не сопровождаться перерывами, во время которых, само собою, иногда возникает обсуждение, оценка. Далее, пассивность чтения не может поддерживаться на одной высоте. Возникают в иных местах невольные мысли по поводу читаемого, одобрения, неодобрения, заметки, особенно у людей, уже привыкших к анализу и критике подобного рода произведений. Но сознательно вызывать их не следует. И нужно помнить, что мы переживаем лучше всего художественные произведения лишь тогда, когда читаем вполне пассивно. Только тогда мы в состоянии вполне вчувствоваться в них, воплотить в свое воображение, пережить то, что пережито автором. </p> <p><strong>26. Роль воображения </strong></p> <p>Здесь больше, чем где-либо, навяэывается та аналогия с музыкой, о которой я уже говорил выше. Как в музыке нужны два художника — композитор и исполнитель, так и в чтении произведений искусства нужны автор и читатель. Как исполнитель великого музыкального произведения часто бывает не на высоте его, а иногда соната Бетховена под варварской рукой обращается в какое-то жалкое бренчание, так и в сознании плохого читателя самое великое произведение искусства может отразиться самым неполным, искаженным, уродливым образом. Конечно, и этом случае, как и у исполнителя музыкальных произведений, очень много зависит от врожденных и развитых способностей. Читатель-художник есть, конечно, своего pода талант. Но всякий из нас обязан использовать данные ему способности самым лучшим образом. </p> <p>Здесь считаю нужным еще папомнить правило: пyскайте, где надо, cвoе воображение &quot;вовсю&quot;. В этом ключ ко многому. Если вы не делали этого, попробуйте. Когда дело пойдет удачно — точно какое-нибудь колдовство совершится: произведение искусства оживет, заговорит, расцветет тысячью не замеченных ранее цветов. Пользуйтесь всеми видами воображения — и зрительными, и слуховымн, и осязательными, и обонятельными образами. Тогда, читая, например, известное по хрестоматии описание &quot;Поездки на долгих&quot; Л. Толстого, вы, сидя в своей комнате, переживете и поездку, и бурю; будете видеть блеск молний, чувствовать порыв ветра, слышать величественные удары грома, переживете все впечатления юного Иртеньева. Когда воображение коснется людей, изображаемых в романе, они облекутся для вас в плоть и в кровь и оживут, вы будете их и видеть, и слышать. Стоит поработать для развития навыка к этому. Для такого чтения, по крайней мере первый раз, нужна работа. Чтобы ярко и отчетливо вообразить себе картину, рисуемую автором, личность, им изображаемую, необходимо по большей части перечитать описание не раз, иногда несколько раз. Необходимо сделать усилие, иногда значительное, чтобы ярко представить, связать в один образ и дополнить отдельные черты набросанные художником. Это работа иногда нелегкая, но удивительная по результатам и увлекательная. </p> <p><strong>27. Перечитывание </strong></p> <p>Иногда приходится слышать, что искусство имеет главной целью &quot;эстетическое наслаждение&quot;. Конечно, это глубочайшая ошибка. Задачи его крайне многосторонни, многогранны. Искусство поэзии (в широком смысле слова), между прочим, дает при правильном пользовании им необъятное расширение человеческого опыта в облисти чувствования, и в области желаний, и в области наблюдений н мыслей. Мы как бы сливаемся с мыслями и чувствами автора и его героев: становимся в их положение, переживаем то, что они переживали; смотрим на мир их глазами, оцениваем их оценкой. Свой маленький индивидуальный опыт мы расширяем и проверяем опытом других людей, выдающихся, талантливых, иногда великих. Переживаем в одной жизни жизнь многих. Нельзя достаточно оценить, эту пользу. Но для того, чтобы как следует понять и &quot;пережнить&quot; крупное произведение искусства, надо его перечнтывать, и не раз. Помимо разных других условий, вызывающих эту необходимость, надо помнить, что читаемое первый paз произведение имеет для нас огромный интерес новизны, интересует фабула и т. д. При перечитывании этот интерес отпадает, взамен мы обращаем внимание на другие стороны, более существенные. Настоящее переживание и понимание художественного произведения возможно только при перечитывании. </p> <p><strong>28. Чтение критики </strong></p> <p>Критику на читаемое произведение искусства (если оно читается с целью самообразования) не следует брать в руки раньше прочтения самой книги. Это ослабляет, иногда убивает самодеятельность, заставляя невольно смотреть на книгу через чужие очки. Только прочитав книгу, проработав ее своими силами, произведя лично посильный ее анализ и оценку, мы можем с пользой прочесть хорошую критику ее. Тогда мы увидим, что в критике согласно с нашими выводами, что не согласно, сознаем свои ошибки; сравним свой подход к книге с подходом критики; получим наглядный урок искусства критики. </p> <p>Но, конечно, если киига читается не в целях самообразования, часто приходится н необходимо идти обратным путем. При самообразовании мы читаем заранее выбранные другими лучшие книги, так что с общей оценкой их уже знакомы. При других задачах чтения мы сталкиваемся с совершенно новыми или совершенно неизвестными книгами. Тут приходится решить вопрос: стоит избрать такую-то книгу или нет? И в этом случае мы часто обращаемся сперва к рецензии или к библиографической заметке о кннге, или даже к критике. </p> <p><strong><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 18px">V</span></span></p> <p>29. Предварительное ознакомление с книгою </strong></p> <p>Есть два основных пути к проработке книги. Один путь — тот, которым чаще всего идут в школе: прямо начать чтение и проработку с первой страницы и затем двигаться постепенно, по частям, &quot;по урокам&quot; далее. Нередко при этом особенно и не заботятся объединять новое со старым, уже прочитанным, и в конце курса выявить общую, единую и цельную схему всей книги. </p> <p>Одна из основных задач чтения с проработкой при самообразовании именно в том. чтобы по прочтении книги иметь отчетливое представление о содержании всей книги в целом: отчетливо выявить ее главную мысль, отчетливо выделить общую схему ее содержания, главные части его и т. д. Для этой цели первый укачанный нами путь — непосредственной проработки по частям, по деталям — недостаточно удобен. </p> <p>Представьте себе, что нас поставили перед огромной, неизвестной нам картиной, закрытой экраном, и сказали: &quot;Видите в экране узкую щель? — Через нее можно рассмотреть узенькую полоску картины. Мы будем понемножку передвигать экран, так что через щель будут видны все новые и новые полоски, пока не пройдем так через всю картину. А вы постарайтесь таким образом рассмотреть ее и составить о ней отчетливое представление&quot;. Думаю, что для большинства из нас задача покажется очень мудреной. Между тем при чтении новой книги с незнакомым содержанием мы находимся в довольно сходном положении. Содержание ее тоже раскрывается &quot;по полоскам&quot;, страница за страницей, и для того, чтобы охватить все его целиком, требуется во многом сходная работа. </p> <p>Для нас обычен другой путь восприятия предметов: от общего впечатления к подробностям. Видя незнакомую картину, мы сперва схватываем общий вид ее и общее содержание, потом переходим к деталям. И вот этим другим путем желательно идти, где возможно, и при чтении книги. Предварительное ознакомление с книгой перед настоящим чтением и проработкой ее дает обычно большое сбережение времени и труда и лучшие результаты. </p> <p><strong>30. Обзор содержания книги </strong></p> <p>Для того, чтобы предварительно получить общее впечатление от книги, познакомиться с нею в общем виде, необходим oбзоp ее содержания. Для этого надо узнать тему ее; задачи, которые ставит себе автор; его точку зрения на предмет; план или схему содержания книги; основные мысли ее, основные факты, приведенные в ней, и т. п. </p> <p><em class="bbuline">Делается этот обзор следующим образом.</em></p> <p>Тему обыкновенно указывает уже заглавие книги, с которым мы знакомимся поневоле. Изредка в заглавии высказана и главная мысль книги 1. </p> <p>Но обыкновенно главную мысль и все остальное приходится искать другими путями — в предисловии, введении, оглавлении, заключении книги. </p> <p><strong>31. Предисловие и введение </strong></p> <p>В предисловие многие читатели не заглядывают: &quot;Ненужная вещь&quot;. Между тем в нем часто содержатся очень важные указания. Например, автор выясняет задачи, которые ставит книге: указывает главы, которые можно при первом чтении пропустить, отмечает, на что больше всего обращал внимание; излагает поводы к изданию книги и т. д., и т. д. Хорошо написанное предисловие сразу бросает свет на все содержание книги и на задачи ее. Сколько нужно было бы думать иному читателю, чтобы вывести подобную же характеристику из чтения книги. </p> <p>Введение в книгу чаще всего сообщает сведения, непосредственно к теме книги не относящиеся, но необходимые для ее понимания, предпосылки дальнейшего. Для нас здесь особенно важно то, что нередко в конце введения намечается, а иногда и обосновывается общий план изложения книги и метод изложения. </p> <p>Само собою ясно, как важио это для предваригельного oзнакомления с книгою. </p> <p><strong>32. Оглавление </strong></p> <p>Еще важнее оглавление книги. Обыкновенно с его помощью мы можем, еще не читая книги, узнать общий план ее, основные рубрики, общее содержание, основные темы, в ней затронутые.</p> <p>Оглавление романа или повести обычно не имеет существенного значения. Совершенно иное должно сказать об oглавлении научных книг. Очень часто совершенно не умеют им пользоваться, думают, что оно служит только для справок, на какой странице какая глава. Это глубокая ошибка. Oглавление научной книги имеет гораздо большее значение. С просмотра его надо начинать чтение книги, постоянно справляться с ним во время процесса чтення 2, с его помощью завершать чтение. </p> <p>Oглавление для чтения книги — то же, что план города для ориентировання в нем. Приехав в большой чужой город, очень полезно познакомиться с его планом, это знает всякий путешественник. План помогает общей ориентировке в новом месте. Так же полезно просмотреть оглавление новой книги перед ее чтением. У нас тогда получится общая картина содержания книги, мы можем получить знание о предмете незнакомой нам науки. </p> <p>Вoт пример: положим, мы совершенно не знаем биологии, не знаем даже, чем занимается эта наука. Попадается книжка: &quot;Начатки биологии&quot;. Смотрим оглавление: &quot;Введение. Функции организма. Дифференциация строения и разделение труда в организме. Пища как источник энергии. Претворение пищи. Выработка органической пищи. Освобождение энергии и выделение отбросов. Чувствительность животных и растений. Движение и перемещение. Скелет. Приспособление организмов к окружающей их среде. Размножение. Борьба за существование и естественный отбор&quot;. </p> <p>Если мы внимательно прочтем это оглавление, то уже не будем читать книжку &quot;вслепую&quot;. Будем знать, о чем идет в ней речь, а кстати узнаем, каково содержание и науки биологии, — по крайней мере каково оно в глазах автора книги. </p> <p>Нужно только заметить, что оглавления составляются очень различно, и надо научиться пользоваться их особенностями. Отметим здесь, что во многих оглавлениях указываются только основные темы глав; в некоторых дается кроме этого и перечень содержания самих глав. Так, например, в вышеприведенном образце я выписал только темы глав; на самом же деле в нем после каждой темы целой главы дается и перечень содержания последней; например, полное содержание первой главы читается так: Глава 1. Введение. Животные и растения. Жизненность, Морфология и физиология. Ойкология. Распределение во времени и пространстве. Систематика и т. д. </p> <p>В тех случаях, когда оглавление дает и тему главы и перечень ее содержания, обыкновенно полезнее при предварительном ознакомлении с книгой читать только темы глав, пропуская дальнейшее. Таким образом отчетливее выделится основное содержание книги. Перечень содержания главы можно использовазь в процессе самого чтения и проработки книги. </p> <p>Некоторые оглавления носят тезисный или полутезисный характер и приближаются иногда по форме к краткому конспекту. </p> <p>При таких подробных оглавлениях необходимо хорошенько и них разобраться, разобраться в частях, в отделах книги; отдать себе отчет, в каком отношении находится данная глава ко всему отделу, ко всей книге. Изучая подробности главы, не терять из виду связи ее с целым. Само чтение тогда будет рассмотрением, углублением, разъяснением уже намеченных мыслей. </p> <p>После чтения главы оно в известной степени заменит конспект. </p> <p><strong><br />33. Заключение книги </strong></p> <p>Заключительные строчки книги часто содержат в себе чрезвычайно важные указания на главную мысль книги, на ее задачи, подводят итог выполненной в ней работе, иногда содержат резюме основного содержания книги. Нередко все это выделяется в особую главу — &quot;Заключение&quot;. Не посмотреть конец книги при предварительном ознакомлении с нею — значит сделать, большой промах. </p> <p><strong>34. Просмотр книги </strong></p> <p>Внимательно ознакомиться с предисловием, оглавлением, введением и заключением книги, при некотором опыте, достаточно, чтобы получить общее впечатление о ее содержании, составить представление о ее плане, задачах, главной мысли. Чем больше читатель знаком с тoй областью науки, к которой относится книга, тем больше дает ему такой предварительный обзор ее. Когда приходится иметь дело с множеством книг и все их невозможно прочитать, — знакомство с некоторыми из них поневоле приходится и ограничивать таким обзором. Если мы знакомимся с книгой для того, чтобы потом проработать ее, то всегда полезно, а иногда необходимо еще и просмотреть ее. Тут важно более глубокое общее впечатление от книги.</p> <p>Не все умеют вообще просматривать книгу: и сравнительно немногие из умеющих делают это хорошо. Предварительный просмотр книги перед изучением ее — прекрасная школа просматривания вообще. Когда мы станем потом прорабатывать книгу, то увидим все недочеты предварительного ее обзора, и это укажет главные недостатки в нашем способе просматривания. Так что и в этом отношении можно рекомендовать предварительный присмотр 3. </p> <p>Если в книге имеются чертежи и рисунки, то ознакомление с ними тоже помогает предварительному ознакомлению с содержанием книги. </p> <p>1 Некоторые заглавия книг таковы, что, прежде чем сриступить к чтению, следует самому подумать над вопросом, который поставлен в заглавии. Например, прочитав заглавие &quot;В чем счастье&quot;, очень полезно задуматься самостоятельно над этим вопросом и выяснить, в чем, по нашему мнению, состоит счастье. Это дает соответствующее направление мозгу, мобилизует наши знания и жизненный опыт, дает точку опоры при оценке мыслей и доводов автора, позволяет более самостоятельно отнестись к ним, наконец, повышает интерес. </p> <p>2 Для более удобного достижения этой цели в некоторых книгах перед каждой новой главой мелким шрифтом печатается перечень ее содержания, потом входящий в оглавление. </p> <p>3 Многие книги нам приходится только просматривать; да некоторые из них и не стоят полного чтения. Но и в этом случае полезно начинать с обзора, то есть с чтения предисловия, введения, особенно конца его, и заключительных строк книги, ознакомиться с оглавлением, а затем уже перелистывать и просматривать самую книгу. <br /><strong><br /><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 18px">VI</span></span></p> <p>35. Главные задачи проработки книги </strong></p> <p>Главных задач проработки научной книги (а вместе с тем и всякого настоящего, серьезного чтения ее) три: 1) книга должна быть правильно и отчетливо понята; 2) мысли и сведения, содержащиеся в ней, должны &quot;отработать&quot; в нашем уме. в нашей психике: 3) во многих случаях должна быть произведена оценка ее содержания. </p> <p>Все эти три задачи на практике нераздельно слиты одна с другою. Работая над одной из них, невольно приходится затрагивать остальные. Но то одна из них, то другая может выдвигаться на первый план. </p> <p>Рассмотрим эти задачи подробнее. </p> <p><strong>36. Понимание книги </strong></p> <p>Понять книгу часто вовсе не так легко, как кажется. Тут опаснее всего &quot;иллюзия понимания&quot;: кажется, что понял, а на деле — понял, да не совсем, или понял, да неправильно. Пришлось объяснять другому — и запутался. Или начал когда-нибудь перечитывать — и вдруг &quot;озарение&quot;: &quot;Так вот что это значит! Как же я прежде читал и не понимал? А казалось, что понимаю&quot;. Такие &quot;казусы&quot;, вероятно, случались со всяким. Если чувствуешь, что не понимаешь, — есть надежда, что, потрудившись, поймешь. А если кажется, что понял, а на самом деле этого нет, — тут ошибка может так и остаться. </p> <p>Первое условие понимания книги — достаточная подготовка. Каждая книга, за исключением очень &quot;популярных&quot;, предпологает у читателя известные знания, — одна больше, другая меньше. Если основных нужных знаний нет, то читатель, будь он &quot;семи пядей во лбу&quot;, не поймет ее. Предположим, человек не знает простой арифметики, а берется за книгу о &quot;вариационном исчислении&quot;. Много ли он в ней поймет? </p> <p>Ясно, что получится из этого: или бросит книгу, как мартышка очки в крыловской басне, или же (что совсем плохо) покажется ему, что &quot;понял&quot;. В результате — &quot;каша в голове&quot;. </p> <p>Второе условие — понимание иностранных слов и научных терминов книги. Большая часть их, при достаточной подготовке, обыкновенно известна. Некоторые объясняются в книге. Но некоторые приходится объяснять себе собственными силами. Для этого можно или пользоваться словарем иностранных слои, энциклопедическим словарем, &quot;руководствами&quot; данной науки и т. п., или угадывать значение термина, сопоставляя несколько мест, в которых он встречается. </p> <p>Третье основное условие — уменье &quot;вникать&quot; в читаемое. Глаза, — особенно глаза, привыкшие &quot;пробегать&quot; читаемое, — действительно &quot;бегут&quot; по строчкам вперед, и &quot;читаемые&quot; мысли поверхностно скользят в уме. Для того, чтобы глубже &quot;вникнуть&quot; в мысль, нужно уметь ее задерживать и всю силу внимания сосредоточивать на ней. Для этого требуется особое характерное усилие, известное, вероятно, каждому и столь неприятное &quot;ленииому&quot; уму. Кто не умеет или ленился &quot;вникать&quot; в читаемое, для того настоящее знание закрыто. </p> <p><strong>37. &quot;Отработка&quot; содержания книги </strong></p> <p>Содержание прочитанной книги должно произвести известную работу в нашей психике, в нашем уме. Если мы просто запомним его, как, например, бывает при &quot;зазубривании&quot;, и оно останется в уме, словно масло на воде, не смешиваясь с тем, что уже у нас имеется, — то это мертвый капитал, лишнее загромождение памяти. То, что мы вычитали в книге, должно как-то связаться с имевшимися уже у нас мыслями, сведениями, эмоциями и т. п., войти в систему их, или изменить их. В этом и состоит его работа; это и есть &quot;отработка&quot; содержания книги. И чем глубже устанавливается связь между прочитанным и имевшимся раньше у нас, чем больше и глубже дополнения и изменения, вносимые прочитанным, тем лучше и глубже обработка. Если прочитанная книга не производит работы, а только запоминается, — то это самая благодарная почва для превращения читателя в &quot;праздно болтающего&quot;, &quot;фразера&quot; и т. п. </p> <p>&quot;Отработка&quot; содержания бывает в деталях очень различна, в зависимости от содержания книги, цели читателя, уменья читать и т. д. Но для большинства книг ее можно свести к двум главным типам. </p> <p>Первый тип. Содержание книги может быть &quot;усвоено&quot; нами. Мы здесь понимаем это слово в самом прямом его смысле: оно действительно становится &quot;своим&quot;. Как пища &quot;усваивается&quot; здоровым организмом и перерабатывается в его cocтавные части, так и прочитанные мысли и сведения могут войти в состав нашего мышления как его неотъемлемая часть. Они получены от других людей: но они наши в настоящем смысле слова, потому что стали как бы частью нашего &quot;я&quot;, определяют наши выводы, наше миросозерцание, наши поступки. Мы обычно не можем сами создать великую мысль: но мы можем сделать ее &quot;нашей&quot;, если она станет определяющей силой в нашей жизни и в нашем миросозерцании. На вопрос, что вы думаете о том-то? — если вопрос этот касается какой-нибудь научной темы или основ мировоззрения, — мы отвечаем в большинстве случаев заимствованными мыслями. Особенно отчетливо это проявляется в области идеологии. Философские, экономические и политические взгляды Маркса, Энгельса и Ленина становятся основой нашего мировоззрения, и мы руководствуемся ими в жизни и мышлении. </p> <p>Так нередко усваиваем мы и содержание хорошей прочитанной книги. Так усваимаются обыкновенно руководства по различным наукам. Это один тип &quot;отработки&quot; содержания книги. </p> <p>Второй тип &quot;отработки&quot; — противоположный. Мы не признаем содержания книги истинным. Наоборот. Мы &quot;отвергаем&quot; его, так как оно кажется ошибочным или несовместимым с нашими взглядами. Здесь производится работа, часто не менее ценная, чем при усвоении. Если мы хорошо поняли чужие мысли и хорошо вникли в них, кое-что в наших мыслях будет дополнено, исправлено. Они приобретут большую отчетливость и углубятся, станут более определенными и обоснованными. Наконец, это дает возможность совершенно отчетливо п резко &quot;отмежеваться&quot; от мыслей автора. Тезис становится вполне отчетливым только при противопоставлении антитезиса. </p> <p><strong>38. Продумывание книги </strong></p> <p>Содержание книги — ее мысли, сведения и т. п. — может только тогда &quot;отработать&quot; в нашем уме, когда вступит и связь с теми мыслями и сведениями, которые уже имеются у нас. Мы уже говорили, что сама &quot;работа&quot; книги именно и состоит в дополнении или измененни наших мыслей и сведений. Если предмет, о котором говорится в читаемом, хоть немного знаком нам, мы можем сопоставлять мысли и сведения книги с нашими и сравнивать, оценивать, исправлять свои ошибки, находить недостатки в чужих мыслях, приходить к новым выводам и т. д. Вся эта сложная работа и составляет &quot;продумывание&quot; содержания книги. Чем больше наших собственных мыслей, знаний, эмоций вовлекается в эту работу, тем больше результаты, тем глубже продумывание. И, прибавим, тем полезнее оно для самообразования и для умственного развития. </p> <p>Бывает так, что и сопоставление читаемого с имеющимся у нас уже, и новые мысли по поводу читаемого приходят попутно, самопроизвольно, без всякою труда с нашей стороны: это — счастливые, хотя у многих и нередкие &quot;случайности&quot;. Ими ограничиваться нельзя. Полезно и даже необходимо создать привычку сознательного и намеренного продумывания, — продумывания в настоящем смысле слова. Для этого первое условиене — не читать без передышек, параграф за параграфом, главу за главою. Работа продумывания, как и всякая другая, требует времени. Второе условие — уметь некоторое время поддерживать внимание на одном и том же вопросе. Остальное зависит от личных свойств читателя, его знаний и т. п. </p> <p>Прочитав интересную мысль, остановиться на ней, &quot;подумать&quot; о ней, о следствиях, которые она влечет, прислушаться к тем новым мыслям, которые она в нас, может быть, вызовет, поставить вопрос, верна она или нет, и для решения его напрячь свои силы, развить, если потребуется, мысль дальше, — вот элементарный случай продумывания, и надо пользоваться всяким поводом, чтоб упражняться в этом &quot;искусстве&quot;. </p> <p>Мысли, которые приходят нам в голову при чтении — все равно, случайные или как результат работы, нередко бывают очень ценны для нас. Такие мысли сейчас же нужно записать на листке (карточке) или в тетрадь, ибо, по свидетельству ряда мыслителей, обладавших феноменальной памятью, даже &quot;самой прекрасной мысли, если ее не записать, угрожает опасность быть безвозвратно забытой&quot;. О Лейбнице рассказывают, что он &quot;записывал свои мысли по поводу почти всякой достойной внимания книги на маленьких листках. Но, написав, он откидывал их в сторону и больше в них не заглядывал, так как обладал удивительной памятью&quot;. Почему же он все-таки записывал их? Не для того же только. чтобы запомнить? Нет, потому, что при записи мысли необходимо точно, отчетливо, сжато формулировать ее, а без этого мысль может мелькнуть вскользь, оставшись неясной. туманной. </p> <p>Тем более нужно приучиться записывать чужие мысли, которые нам могут пригодиться. Глубокую мысль, важное, интересное для нас сведение, особенно по нашей специальности и т. п., очень важно сохранить для себя. Для этого нужно или &quot;ныписать&quot; ее на отдельной карточке, или сделать краткое резюме, сжато изложить сущность ее, &quot;сделать выдержку&quot;. Об этом подробнее далее (§50 и др.). </p> <p><strong>39. Оценка и критика книги </strong></p> <p>При чтении для самообразования выбираются насколько возможно только лучшие, выдающиеся произведения, работы выдающихся по уму и учености людей. Возникает вопрос у некоторых: как же критиковать, такую книгу, когда я только еще учусь? </p> <p>Не бойтесь этого. Только знайте цену этой критике. Иногда бывает, что потом сам над ней посмеешься: но кое-что может оказаться и правнльным. Это — критика для развития нашей мысли, для определения взглядов, для того, чтобы научиться критике. Мы с самого начала имеем право сомневаться, находить противоречия, находить ошибки, быть несогласными. Мы должны, чуть что-нибудь покажется подозрительным, поставить знак вопроса и стараться решить, так это или нет? Мы должны ставить, на каждом шагу вопpoc: так или не так? </p> <p>Без этого нет самодеятельности мысли. </p> <p>Но, поставив вопрос, мы должны решать, его добрсовестно и тщательно работая над решением, по мере сил; если же не в силах этого сделать, то и оставить, вопросом. Не решать с &quot;налету&quot;. Если нам покажется, что у автора ошибка, то первым соображением должно быть не &quot;как автор глуп&quot;, а &quot;не показалось ли мне, что здесь ошибка? Не сам ли я ошибаюсь?&quot; Тогда мы примемся за тщательную проверку, и часто оказывается, что ошиблись-то мы. Например, противоречия у автора нет, нам это только показалось. И такая проверка — очень полезная работа. </p> <p>Надо помнить, что критика — палка о двух концах. Иногда она показывает ошибки и недостатки книги, иногда — легкомыслие и невежество критика. Смешно наблюдать: юноша читает книгу выдающегося человека. Тот усиленно работал над вопросом целые годы, вооруженный всеми нужными знаниями и методами, признан крупным мыслителем. Юноша и знаний почти не имеет, и над вопросом почти не задумывался, и книгу-то, собственно, не читает, а &quot;просматривает&quot;, но имеет при этом смелость самоуверенно и с апломбом, иногда несколько свысока, покровительственно &quot;критиковать&quot; автора. По-хлестаковски: &quot;Ну что брат, Пушкин?&quot; Вот этого надо избегать. Тут палка целиком падает на критика. Настоящая критика требует не только смелости, но и знания, и труда. Критиковать, — не значит только находить ошибки и недочеты, но и находить достоинства, вообще оценивать: научиться же отличать великое от среднего и даже малого еще труднее, чем находить ошибки. Иного спросишь: читал Бунина? Читал. Понравилось? Да, недурно. Чичал &quot;Войну и мир&quot;? Читал. Понравилось? Да, недурно. У этого человека умственной перспективы нет, для него нет гор, все — равнина. Гималаев от Парголовских холмов не отличит. </p> <p>Не могу не вспомнить, в связи с этим, свою молодость. </p> <p>В юности я, житель равнин, приехал вперные на Кавказ. Взглянул из станицы, в которой остановился, на горы: близки, рукой подать. В день дойду смело. Но опытные люди сказали мне: и в два дня не дойдете. Так и вышло. — Прошел за Дарьяльское ущелье. Около первой станции крутой склон горы. Дай, думаю, взберусь! Не высоко, мигом взлечу. Но на четверти подъема я уж подумывал, стоит ли взбираться, а на половине ухватился за какой-то колючий куст и лежал, измученный и смятенный. Вниз смотреть с непривычки страшно; почва осыпается под ногами; а наверху еще круче подъем. Едва потом спустился... Так-то опыт научил меня, что в горах совсем другие мерки, чем на равнине. Нужно много поупражняться, чтобы к ним привыкнуть. </p> <p>Там, где дело идет об умственных высотах, оценка — дело еще более трудное. Чтобы уметь здесь хоть как-нибудь измерять, нужна большая работа. У иного автора ошибок мало, зато — плоско. Умеренно, порядочно, почтенно, аккуратно, но и только. У другого ошибок много, но зато и такие сокровища есть, за которые ничего не пожалеешь. Величие измеряется не ошибками. </p> <p>Орлам случается и ниже кур спускаться. <br />Но курам никогда до облак не подняться. </p> <p>И вот критика при чтении с проработкой должна заключаться не только в отметке ошибочного и сомнительного но и в оценке особо выдающихся мест. Чрезвычайно важно после прочтения и разработки книги и своей критики ее прочесть основательную критику на нее какого-нибудь крупного специалиста. И тоже с соответственной проработкой, сопоставлениями, проверкой. Это очень углубляет и усвоение книги, и мысль, и критические навыки. </p> <p><strong><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 18px">VII</span></span></p> <p>40. Процесс чтения </strong></p> <p>Ознакомившись предварительно с книгой и получив общее представление о ней, мы можем приступить к самому чтению ее. Здесь большинству читателей принесет пользу тот принцип, о котором мы говорили уже: от общего впечатления идти к частям, к подробностям. Очень полезно, принимаясь за проработку главы, предварительно пробежать ее, ознакомиться с общим содержанием. Затем надо выделить главные темы ее и прорабатывать каждую по очереди. В конце главы постараться дать себе ясный и точный отчет в ее содержании, — в основных мыслях, в связи между ними, в плане главы. Большую и необходимую при самообразовании помощь окажет здесь конспект, о составлении которого мы будем подробнее говорить дальше (§52—53). </p> <p>Здесь нужно остановиться на одном пункте из только что сказанного: мы советуем после предварительного ознакомления с главою разделить ее на главные части по смыслу и прорабатывать каждую по очереди. При чтении встречаются два случая. Иногда эту работу приходится делать целиком самим. Иногда автор разделил главу на параграфы или дал перечень ее содержания в оглавлении или перед текстом главы: нередко даже указал тему каждого параграфа перед его текстом или на полях, — так что здесь главная работа проделана уже автором. Иногда эту же роль играют &quot;программы&quot;. </p> <p>При обычном чтении эта работа автора или эти программы оказывают очень большую помощь тем, кто умеет ими пользоваться, — сохраняют время и труд. Мы читаем и прорабатываем параграф за параграфом, тему за темой, как они указаны автором. Иное дело, если мы читаем для самообразования. Здесь каждый повод поработать головой самому должен быть всемерно использован. И с этой точки зрения нужно предпочесть книги, где автор предоставляет выделение тем из главы работе читателя. </p> <p>Таким образом, если автор дает перечень содержания или у нас имеется какая-нибудь программа, мы этим всем сначала не пользуемся. Делим сами главу на части, на параграфы по смыслу, отчетливо выделяя в одно целое обработку наиболее важных тем и выписывая на листке бумаги точное название этих тем. Словом, сами составляем перечень содержания главы при предварительном ознакомлении с нею. А потом cpaвниваем наш перечень с перечнем автора или программы и рассматриваем, в чем различие, почему автор выделил иную тему, чем мы, прав ли он и т. д. </p> <p>Работа поучительная и небезынтересная. Она учит нас видеть существенное в читаемом, отличать существенное от несущественного. </p> <p>Еще большее значение часто имеет подобное применение так называемых проверочных вопросов, имеющихся в некоторых учебниках. Можно посоветовать читать их не раньше как после проработки всей главы, особенно, если мы прорабатываем первую книгу по данной науке. После чтения этих вопросов иногда приходится проработку нашу переработать. Зато мы получили превосходный урок по данной науке и по искусству чтения вообще. </p> <p><strong>41. Усвоение параграфа </strong></p> <p>Первое условие — отчетливо понять его. Отчетливо пенять — значит уметь точно и ясно определить его тему и кратко изложить ответ на нее. Этот &quot;самоэкзамен&quot; — лучшее средство самоконтроля при чтении. Если мы не умеем дать себе точного и сжатого ответа, значит — что-то неладно: плохо вникли, плохо поняли. Нужно попробовать снова. Бывают случаи, что параграфа, несмотря на все усилия, понять нельзя. Тут или вина автора или следствие недостатка у нас нужных сведений. В таких случаях лучше всего отметить тему параграфа и страницу на особом листке и читать далее. При дальнейшем чтении могут встретиться места касающиеся этой же темы или дающие сведения, нужные для ее понимания. Тогда мы возвращаемся к непонятному параграфу с новым оружием и часто одолеваем его. </p> <p>Доказательства. Во многих книгах мы встречаем доказательства тех или иных мыслей. Нужно уметь разобраться и них, что не всегда легко, а нередко и очень нелегко. В каждом доказательстве есть три части: 1) тезис — та мысль, которая доказывается; 2) основания, которые приводятся в поддержку тезиса (аргументы) и 3) связь между основаниями и тезисом (способ доказательства, демонстрация), — такая связь, что, приняв основания, мы должны принять тезис: он из них необходимо вытекает. Если основания неприемлемы для нас, то и доказательство неубедительно. Коли основания истины, да тезис из них &quot;не следует&quot;, &quot;не вытекает&quot; — тем более неубедительно тогда доказательство автора. </p> <p>Понять доказательство — значит отчетливо выяснить, что доказывается (тезис), какие именно приводятся основания и как вытекает из них тезис. Критиковать доказательство — значит доказывать неприемлемость оснований или отсутствие связи их с тезисом: тезис из них не вытекает и, следовательно, не доказан. </p> <p>Более подробные сведения о доказательствах можно получить из учебников логики. </p> <p>Рисунки и чертежи. Рисунки и чертежи очень важны для понимания многих книг. Чертежи внимательно рассматривает большинство читателей. К сожалению, этого нельзя сказать о рисунках. Тут часто довольствуются общим впечатлением. Например, многие ли из читателей-неспециалистов рассматривали как следует в учебнике зоологии рисунки животных? Вникали во все подробности изображения? Рисунок — суррогат действительности; рассматривание его — суррогат наблюдения. Кто не умеет наблюдать хорошо в действительности, тот не умеет хорошо &quot;наблюдать&quot; и на рисунке; и наоборот, кто учится &quot;наблюдать&quot; на рисунке, тот в большей или меньшей мере улучшает свое уменье наблюдать в действительности. Читая, нужно не упускать из виду этого средства саморазвития. </p> <p><strong>42. &quot;Охватывание&quot; книги </strong></p> <p>От общего впечатления, всегда более или менее неполного, нередко неясного, мы переходили до сих пор к восприятию частей: от общего впечатления книги к чтению глав; от общего впечатления глав — к чтению napaграфов. Если читатель ограничится только этим, он сделает половину дела. Начав чтение, ему нужно идти одновременно и обратным путем, от частей к целому, &quot;охватывать&quot; целое. Отчетливо поняв параграф, он должен связать его с другими параграфами главы в одно целое. Прочитав главу, он должен связать ее с другими главами в отдел, отделы — в целую книгу. Окончив книгу, он должен &quot;охватить&quot; ее, получить от нее общее, полное и отчетливое в основных подробностях впечатление. Как видя в первый раз какой-нибудь аппарат, какой-нибудь механизм, мы получаем oт него первое общее впечатление; потом мы разлагаем его на части и изучаем каждую часть отдельно; потом опять соединяем вместе все части и получаем отчетливое представление о всем механизме, его сущности и работе; так поступает и читатель, прорабатывая книгу. </p> <p>И в этой работе самую важную и самую существенную помощь оказывает конспект (§ 52—53). </p> <p><strong>43. Основное содержанне книги </strong></p> <p>Повторим кратко, что необходимо для того, чтобы вполне овладеть книгою, как единым целым. Для этою нужно: </p> <p>а) постараться в самых кратких словах, точно, по возможности письменно, сформулировать главную мысль или сущность, основное содержание ее. Затем очень полезно искать случая передать ее содержание кому-нибудь — в виде ли реферата или в виде простой беседы о книге. Нередко спросишь кого-нибудь: &quot;Вы читали такую-то книгу?&quot; — &quot;Читал, как же.&quot; — &quot;А я не мог прочесть. В чем же суть книги? Что говорит автор?&quot; Собеседник иногда смущается. В самом деле, в чем же сущность книги? Он об этом и не подумал! Скажет, нередко только теперь подумав, что-то непонятое, туманное, иногда совсем несущественное, а иногда такое, что если б услышал автор, то читателю бы не поздоровилось. Конечно, этого не должно быть у хорошего читателя вообще, а у читающего для самообразования — тем более. Коли он погрешит в этом — плохой он читатель; </p> <p>б) очень полезно после прочтения книги восстановить в общих чертах в памяти и схему ее содержания по оглавлению или по конспектам; постараться охватить все прочитанное содержание ее как целое: еще раз отчетливо вникнуть в ее план; </p> <p>в) если велись попутные конспекты по главам или по отделам, чрезвычайно полезно переработать их в один цельный конспект всей книги. При этом придется частенько обращаться к книге и пересматривать отдельные места. И то, что казалось наиболее существенным в главах и отделах, может при этом иногда отойти на второй план, а выделится то, что прежде не выделялось; </p> <p>г) если к книге приложен предметный указатель, то полезно взять из него наиболее важные для нас вопросы и постараться отдать себе отчет, что именно сказано автором на эту тему. А потом посмотреть отмеченные в указателе места н сравнить. При этом могут выясниться любопытные подробности. Наконец, н вообще полезно просмотреть указатель, чтобы убедиться, все ли важные темы вы отметили во время чтения и т. д. </p> <p><strong>44. Чтение с проработкой </strong></p> <p>Такое чтение — дело действительно трудное, особенно и первое время, долгое. Но зато н плоды оно приносит чрезвычайно ценные. </p> <p>Прежде всего книга не только удивительно запоминается; она &quot;отработана&quot;: она в полном смысле слова усваивается. Содержание становится нашим, поскольку мы согласились с ним, входит в плоть и кровь мышления. Тысячью связей неразрывно соединилось оно с нашей личностью, стало частью нашей личности, поэтому, сознательно или бессознательно, прямо или косвенно, не может не отразиться и на нашей деятельности. То. что вы отвергли, тоже принесло мало заметную, может быть, но иногда огромную пользу. Ваши собственные мысли определились точнее, выяснились: иногда они видоизменились, очистились от слабых сторон, укрепились. Нередко они получают при этом неожиданное, новое, широкое развитие и т. д. </p> <p>Та гимнастика мышления, которую приходится выполнять при такой работе, самым благотворным образом влияет на наши силы, мы умственно растем. Ум дисциплинируется, расширяется, развивается. Это становится заметно довольно скоро. Нет лучшей &quot;умственной гимнастики&quot;, чем эта при книжном образовании. Кто умеет втянуться и добросовестно выполнять ее, тому она, в конце концов, начинает доставлять истинное наслаждение, а вместе с этим и трудное становится легким. </p> <p><strong>45. Чтение книг противоположного содержания </strong></p> <p>После прочтения таким образом (с проработкой) одной книги очень важно и полезно прочитать, если есть, книгу на ту же тему, но противоположного направления. При этом можно читать ее, в общем, без особой проработки. Но тe места, которые именно противоположны прочитанной книге или содержат критику ее взглядов, нужно читать с полной проработкой. Проработка эта, естественно, сопровождается здесь другой важной и часто крайне интересной работой: постоянным сопоставлением взглядов обоих авторов, выяснением различий, оценкой сравнительной силы доводов в пользу того и другого, взвешиванием возражений и т. д. Нередко окажется при этом, что мы, за недостатком нужных знаний и по тому подобным причинам, не можем понять, какой автор прав. Этим не должно смущаться. Самая постановка вопроса и размышление над ним ecть уже приобретение и важный шаг к знанию. Кроме того, при добросовестной работе этого рода мы излечиваемся от узости и пристрастности взглядов, освобождаемся от разного poда &quot;шор&quot;, затемняющих зрение. Особенно такое чтение важно но вопросам нашей специальности, по вопросам мировоззрения и т. д. </p> <p>Для многих чрезвычайно плодотворным оказывается параллельное чтение двух книг, особенно различных или даже противоположных по взглядам. Тогда тут мы имеем дело не столько с изучением книг, сколько с изучением вопроса. Прочитав изложение и решение вопроса, объяснение факта и т. д. в одной книге, мы читаем и сопоставляем тот же отдел в другой. При этом часто обращаем внимание на такие пункты, которых в первой книге мы без этого и не выделили бы. Углубляется понимание многих вопросов. Расширяются наши собственные взгляды. Что было недостаточно ясно в одной книге, яснее сказано в другой. Пропущенные в одной книге сведения дополняются другою и т. д., и т. п. </p> <p><strong>46. Коллективное чтение </strong></p> <p>Оно полезно, если не нарушает самодеятельности участников, главным образом когда каждый участник предварительно сам проработал вопрос или книгу так, как было указано выше. При иной постановке коллективное чтение может не принести должной пользы... </p> <p>Несомненно одно: взаимообщение будит мысль, соревнование, знакомит с новыми, часто неожиданными точками зрения, поддерживает интерес к разным вопросам науки, искусства и жизни. В этом отношении кружок незаменим. Но к чему приведет все это — обратится ли кружок в действительное средство настоящего самообразования или в лабораторию &quot;нахватавшихся&quot; разных &quot;идей&quot; болтунов, фразеров, людей &quot;с кашей и голове&quot; и т. д. — это зависит от постановки работы. </p> <p>Если кружок берет какой-нибудь вопрос и участник прорабатывает свой материал вроде того, как описано выше, а потом уже ведется обсуждение, — такая работа, конечно, в высшей степени желательна и в высшей степени полезна для участников. Скажу — она имеет огромное значение. Но она не может заменить отдельной работы, а лишь дополняет и улучшает ее. </p> <p><strong><br />47. Перечитывание важнейших книг </strong></p> <p>Перечитывание играет немалую роль в самообразовании. Как бы тщательно и умело ни проработал книгу при чтении читатель, но, обращая внимание на одни стороны, на одни мысли, он не заметил других, тоже часто важных. При повторном же чтении первые пункты уже будут знакомы, на них сила внимания не будет требоваться в прежней степени, и потому мы увидим в книге и новое и удивимся иногда, как прежде этого не заметили. Поэтому для глубокого изучения книги совершенно недостаточно прочитать ее один раз. При этом надо помнить, что читать книгу приятно; перечитывать иногда еще приятнее. Великие произведения искусства, важнейшие труды но нашей специальности должны быть нашими частыми собеседниками. Попробуйте иногда перечитать какую угодно книгу после долгого промежутка, и обнаружится удивительное на первый взгляд явление. Книга, которая казалась при первом чтении удивительно глубокой и прекрасной, часто заметно меняется; иногда удивляешься, что в ней находил прежде хорошего. И наоборот: книга, которая нам &quot;не понравилась&quot;, теперь становится удивительно интересной и глубокой. Это по большей части признак роста и вместе с тем некоторая мерка его. </p> <p>Не следует только впадать в крайность и все чтение ограничивать перечитыванием двух-трех книг. Как бы ни были они хороши, но это походит ни то, как если б мы решили смотреть на мир только сквозь две-три дырочки в стенке.</p> <p><strong><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 18px">VIII</span></span></p> <p>48. Вспомогательные средства чтения </strong></p> <p>1) Указатель книги, 2) оглавление, 3) подчеркивание и отчеркивание, 4) конспект, 5) выписки, 6) запись своих мыслей, 7) журнал чтения, 8) указатель по вопросу — вот все главное в этом отношении. </p> <p>О первых двух уже было сказано попутно. Рассмотрим несколько подробнее остальное. </p> <p><strong>49. Подчеркивание н отчеркивание </strong></p> <p>Подчеркивается в книге мысль, которая нам кажется заслуживающей особого внимания, особо интересной или важной. Отчеркивание на полях книги служит той же самой цели. Этим предложение выделяется из прочего текста и при пересмотре книги его легче найти. Но подчеркивание может иметь еще и другой смысл. Те, кто привык &quot;пробегать&quot; книги, пользуются им изредка, как средством, чтобы замедлить свое чтение и тем получить возможность глубже схватить мысль. Карандаш медленно подчеркивает, а глаза в это время читают подчеркиваемое тоже, поневоле, медленно. У таких читателей иногда подчеркнуты все почти строчки. Этот способ, конечно, лучше не применять без крайней необходимости. Гораздо полезней во всех отношениях научиться замедлять чтение и вникать в текст без подобных искусственных средств. </p> <p>У некоторых читателей система отметок — отчеркиваний и подчеркиваний — принимает очень сложный характер. Они стараются отметить не только важность мысли, но и степень ее сравнительной важности. Если мысль подчеркнуть или отчеркнуть двойной чертой, она более важна, чем подчеркнутая одною черточкой. При отчеркивании употребляют и тройную черту и &quot;нотабене&quot; (NB). Иногда применяются вопросительный и восклицательный знаки. Первый обозначает сомнение в истинности мысли или несогласие с ней; второй имеет обычно характер положительной ее оценки. При комбинации всех этих знаков, да иногда еще с прибавлением других, самим читателем придуманных, вырастает очень сложная система отметок. Если читатель сам не запутывается в ней, то она может принести свою пользу. Но обыкновенному читателю лучше к этой сложности не прибегать. Запутаться легко. Только книга больше испачкается. </p> <p>Делать отметки в чужих или библиотечных книгах — вообще признак бесцеремонности и некультурности. Но если еще при этом читатель пользуется &quot;сложной системой&quot; — то это грех, которому нет прощения. </p> <p><strong>50. Выписки и выдержки </strong></p> <p>Дословные выписки из книг или выдержки в виде сжатого изложения какого-нибудь места книги очень полезны, особенно если касаются нашей специальности, связаны с выработкой мировоззрения или с интересующим нас серьезным вопросом. Это превосходный источник справок, а нередко и &quot;вдохновений&quot;, надо только вести это так, чтобы в любой момент легко было найти нужную выписку или подобрать выписки по данному вопросу. </p> <p>Лучше всего соответствует этому требованию карточная система. Каждая выписка делается на отдельной карточке или на отдельном листке бумаги одинакового формата. Есть разные способы составления таких выписок. Проще всего — и для целей самообразования вполне достаточен — такой способ. </p> <p>Слева (или справа) оставляется поле для дальнейших пометок. </p> <p>Над выпиской — тема ее. Например, &quot;Капитал, определение его&quot;, &quot;Ощущение, сущность его&quot; и т. п. </p> <p>Пол выпиской — фaмилия автора, название книги, какое издание книги, год и № страницы, из которой взята цитата. </p> <p>С карточками очень удобно иметь дело. Их легко подобрать по темам, в любой момент легко вставить новую карточку, перетасовать, если нужно, по фамилиям авторов и т. д. Хранить можно в коробках, конвертах — как кому удобнее. Требуется только одно: аккуратность. По испольэовании их надо сейчас же ставить на место, не разбрасывать и т. д. Потерянную карточку часто не восстановишь. Кто за собой не замечает особой аккуратности, тому можно посоветовать прибегнуть к менее удобному, но более безопасному способу выписок — в тетрадях. Берется толстая тетрадь, делаются в ней поля. нумеруются страницы н на них делаются выписки. Число, месяц, год — пишутся в начале каждой выписки или выдержки. На полях — тема ее. Под выпиской — название автора, сочинения и т. д. </p> <p>Для того, чтобы удобно было пользоваться такой тетрадью и легко находить нужные выписки, делают в особой тетрадке алфавитный указатель тем. Делая какую-нибудь выписку, в то же время отмечают в указателе тему ее, номер тетради и страницу. Например, сделав выписку на тему: &quot;Капитал&quot;, отмечают в указателе, под буквою К: Капитал, определение К. I.43. II,27. Это значит — первая тетрадь, стр. 43; вторая тетрадь, стр. 27, и т. д. </p> <p><strong>51. Увлечение карточками </strong></p> <p>Не мешает здесь подчеркнуть, что выписки на карточках и в тетрадях — только вспомогательное средство при чтении, а не цель сама по себе. Иной склонен обратить это в какое-то коллекционерство, в своего рода &quot;спорт&quot; — гордится своей &quot;картотекой&quot; выписок и выдержек, увеличивает ее всячески — и совсем не применяет к делу. Конечно, и это коллекционерство не хуже другого. Но только для ума оно не даст ровно ничего. Лишняя тpaтa времени и сил. </p> <p>Гораздо опаснее другого рода увлечение карточками. Есть читатели, которые думают, что такими &quot;картотеками&quot; можно заменить свой ум. Это уже совсем плохо. Я как-то беседовал с таким юношей. Он, захлебываясь от восторга, описывая свою &quot;картотеку&quot;, рассказывал, в каком она превосходном порядке, и прибавил: &quot;Вот нужно, например, прочесть доклад. Я — сейчас к карточкам. Там уж у меня на всякую тему имеются. Выберу нужные, разложу по порядку — и доклад готов! Все мысли налицо, только связать надо. Легко и хорошо!&quot; Словом, новое &quot;усовершенствование&quot; в нашей культуре. Работать головой не надо. Готовые сапоги, готовые брюки, готовые мысли. Вот от этого увлечения надо всячески предостеречь читателя, стремящегося к самообразованию. Пусть он сперва сам подумает над темой доклада н набросает план его, а потом просмотрит карточки и дополнит или изменит, что потребуется. Это — правильный путь. </p> <p>Свои мысли и заметки. Свои мысли и заметки по поводу читаемого могут также записываться на карточках по тому же образцу, как и выписки. Только внизу, вместо &quot;фамилии автора&quot; и т. д., пишется в скобках (М) — &quot;мое&quot; или инициалы читателя, или какой-нибудь другой условный знак. Таким же образом вписываются они в тетрадь выписок. </p> <p>Если наша заметка относится к какой-нибудь цитате или выдержке, сделанной нами, то лучше всего писать ее на той же карточке, где и цитата, — под цитатой. </p> <p>Многие делают свои заметки на полях книг, около того текста, к которому относится заметка. Если книги свои, то против этого возразить нечего. Раз для читателя это удобнее почему-нибудь, тогда ему так и надо делать. Но много можно возразить против делания таких заметок (&quot;маргиналий&quot;, &quot;глосс&quot;) на полях чужих или библиотечных книг. Если для нас наша заметка имеет значение, то другим читателям она может показаться простым &quot;пачканьем чужой книги&quot;. Конечно, иной пишет такую заметку на библиотечной книге с благой целью, чтобы поделиться своими мыслями или своей критической глубиной с позднейшими читателями. Иной даже фамилию свою &quot;подмахивает&quot;: &quot;Петр Зудотешин&quot;. Особенно склонны к этому юные читатели. Но можно посоветовать не делать этого. Иной потом вспомнит о своих заметках и покраснеет: &quot;Как я мог писать такие глупости! И как такие мысли могли казаться мне умными!&quot;. Некоторые книги в читальном зале Публичной библиотеки испещрены подобными наивными заметками, в которых сказывается &quot;ум недозрелый, плод недолгой науки&quot;. Лучше делатъ заметки на карточках или в тетради. Если понадобится, сами их прочтем или как полезную мысль, или как веху, указывающую на давно пройденный путь. </p> <p><strong>52. Конспект </strong></p> <p>Для того, чтобы написать конспект прочитанной книги, надо: 1) выделить из нее все существенное, основное; 2) связно изложить. Вот два главных требования. Как это будет сделано — зависит от разных условий: от самой книги, от наших целей, от нашего опыта и уменья. Конечно, конспект исторической книги имеет другую форму, чем конспект книги по математике, и т. д. </p> <p>Если мы захотим дать краткий конспект, придется признать несущественным многое, что важно для подробного конспекта. </p> <p>Конспект в целях самообразования пишется несколько иначе, чем простой конспект обычного типа. Дело в том, что работа над конспектом имеет две стороны. 1. Надо дать &quot;схематическое&quot;, сжатое изложение всего существенного в книге, притом в наиболее удобной, легко обозримой форме. Цель тут — получизъ возможность в несколько минут восстановить в памяти основное содержание книги. 2. Надо для этого проделать работу над читаемым, — работу, если хотим сделать порядочный конспект, довольно сложную. Надо постоянно производить анализ и синтез читаемого: постоянно выделять существенное из несущественного, основное из менее важного; надо устанавливать отчетливо связь между отдельными частями главы, отдела, книги; надо наиболее существенное выделить на первый план, менее существенное, вошедшее в конспект, отдалить на второй план, так чтобы &quot;перспектива&quot; была сразу видна при чтении конспекта, и т. д. </p> <p>Это работа часто очень трудная, если ее выполнять как следует, но вместе с тем незаменимая для дисциплинирования и упражнения нашего ума. </p> <p>Если конспект пишется в целях самообразования, то на эту вторую сторону нужно налечь особенно. Тут не столько важно получить пособие для восстановления в памяти книги, сколько важна сама работа над конспектом. На нее не надо жалеть ни времени, ни сил, потому что это не только лучшее средство для наиболее полного понимания и восприятия книги, но и превосходная школа для развития и упражнения ума и для выработки искусства овладевать материалом и методами чужого мышления. Конечно для такого конспекта нужно брать только из основных основные книги, такие, на которые стоит потратить труд и из которых лучше всего можно познакомиться с данной наукой и ее методами. </p> <p><strong><br />53. Свободный конспект </strong></p> <p>При конспектировании для самообразования нередко приходится выбрать тип &quot;свободного конспекта&quot;. Суть его вот в чем. Составляя конспект, мы можем строго выдерживать тот порядок мыслей, который имеется у автора, — даже если б нам казалось, что для нас лучше и удобнее изложить те же мысли в другом порядке. Или же можем тот же материал, взятый у автора, излагать при конспектировании в другом порядке, как, по нашему мнению, удобнее или выгоднее для читателя. Эта свобода от плана автора и характеризует &quot;свободный&quot; конспект. Обычно отступления этого рода бывают небольшие. Например, мысли на одну и ту же тему, разбросанные по всей книге, сводятся в одном месте конспекта: разные мысли в главе перестанавливаются, чтобы лучше оттенить их отношение друг к другу, и т. д. Таким образом мы придаем материалу автора несколько иную форму и делаем некоторый шаг к самостоятельной его обработке. Работа в высшей степени полезная. Чем больше и глубже эта переработка, тем, конечно, она труднее, тем большего требует продумывания. </p> <p>При таком свободном конспектировании возникает одно недоразумение: мы как будто попадаем в так называемый ложный круг. Для того чтобы лучше понять главу, нужно ее конспектировать. Но хорошо конспектировать ее можно, только прочитав и хорошо поняв всю книгу. Что казалось существенным в первой главе — часто отходит на второй план, когда мы ознакомимся со всей книгой, и наоборот. Для того чтобы оттенить в конспекте главы то, что важно для связи с последующими главами, нужно, конечно, хорошо узнать их содержание и т. д. </p> <p>Наиболее удобный выход из этого круга такой: делать предварительные наброски конспекта каждой главы при чтении, исправлять их, если потребуется, при чтении последующих глав и переработать в настоящий, окончательный конспект по прочтении книги. Кто добросовестно, тщательно выполнит эту работу, тот почувствует, какую огромную пользу она принесла ему. </p> <p><strong>54. Журнал чтения </strong></p> <p>Такой журнал может иметь самую разнообразную форму: иногда так называют просто тетрадь для выписок, иногда это настоящий &quot;дневник чтения&quot;. Под каждым числом дня, в который мы что-нибудь читаем, отмечается, что мы начали читать, что читали в этот день: делаются, если надо, выписки: записываются свои мысли по поводу прочитанного, вопросы, недоумения. Одним словом, ведется &quot;запись чтений и проработки книг в течение дня&quot;. Сюда же попадут и случайные выписки или заметки из газет, журналов и т. д. По прочтении книги сюда вносится &quot;резюме&quot; ее, о котором было сказано выше, общая оценка ее и т. д. К такому журналу должен попутно, параллельно вестись алфавитный указатель тем, иначе в нем трудно будет разобраться. С алфавитным указателем дневник чтения служит не только средством, помогающим изучению книги; он неоценим для справок, для освежения прошлых работ, знаний, мыслей. Кроме указателя тем, может попутно вестись и указатель авторов. Он указывает, каких авторов мы читали. По журналу легко справиться, какие произведения их прочитаны нами, освежить в памяти их содержание и т. п. </p> <p>Для обычного читателя лучше вести журнал чтения в тетрадях за номерами и с нумерованными страницами. Для очень аккуратного — удобнее журнал на отдельных листках, тоже, конечно, занумерованных. </p> <p><strong>55. Указатель по вопросу </strong></p> <p>Указатель, собственно, имеет цели, не связанные с какими-либо особенностями чтения. Интересуясь каким-либо вопросом, например по своей специальности, мы заводим особую тетрадь или (еще лучше) листки, куда в алфавитном порядке вносятся темы, связанные с данным вопросом и встречающиеся в прочитанных нами книгах, журналах, газетах, с указанием, где они нам встречались. Например, скажем, вас интересует вопрос об ощущении. Вы, в соответственной тетрадке или на листках, заносите все темы по этому вопросу по мере того, как они встречаются при чтении: виды ощущений, определения ощущения, органы ощущений и т. д. При каждой теме — указание книг и страниц, где они встречались вам. Таким образом у вас составляется постепенно подробный указатель всех тем по вопросу, встречавшихся вам при чтении, и тех мест в книгах и журналах, где эти темы рассматривались. Самый просмотр тем иногда бывает очень полезен. </p> <p><strong>ЗАПОВЕДИ ЧИТАТЕЛЯ</strong></p> <p>А. Общие: </p> <p>1. Не читай все книги на один лад. Способ чтения должен соответствовать цели чтения. </p> <p>Б. При чтении для образования: </p> <p>2. Помни, что чтение — одна из самых важных, нужных, серьезных работ, не &quot;между прочим&quot;, не &quot;ничегонеделание&quot;. </p> <p>3. Хотя одну из читаемых тобою книг читай с проработкой. </p> <p>4. Не жалей на это чтение ни времени, ни сил: оплатится с лихвой. Вкладывай все силы в чтение. </p> <p>5. Неослабно борись с ленью мышления и воображения: это злейшие враги. </p> <p>6. Добивайся, чтобы каждое место книги было совершенно и отчетливо понято. </p> <p>7. Не пропускай ничего без очень серьезных причин. </p> <p>8. Не бросай книги недочитанной без самых серьезных причин. </p> <p>9. Не зови других на помощь без самой крайней необходимости, напрягай все силы, чтобы обойтись без чужой помощи. Самодеятельность — прежде всего. </p> <p>10. Где надо — заставляй воображение работать &quot;вовсю&quot;. </p> <p>11. Хочешь хорошо читать с проработкой — читай с пером в руке; делай конспект, заметки, выписки. </p> <p>12. Научись пользоваться оглавлением. </p> <p>13. Читай не только &quot;слева направо&quot;, но и все время &quot;справа налево&quot; — возвращайся к прочитанному (§41). </p> <p>14. Прежде старайся хорошо понять, а потом критикуй. </p> <p>15. Чужую критику на книгу читай после книги. </p> <p>16. Прочитав книгу, уясни сущность ее и запиши в кратких словах. </p> <p>В. О выборе книг для самообразования: </p> <p>17. Читай хотя бы немного, но основательно. </p> <p>18. Читай необходимое, хотя бы неинтересное. </p> <p>19. Читай самое лучшее, что можно достать. </p> <p>20. Читай не слишком легкое, не слишком трудное. </p> <p>21. Руководись каким-нибудь планом чтения (по программам или совету специалиста).</p> mybb@mybb.ru (Администратор) Mon, 07 Jun 2010 12:15:21 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=43#p43 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=41#p41 <p><span style="display: block; text-align: right"><strong>Автор: © Василий Купцов</strong></span></p> <p><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 16px"><strong>Шпаргалка для писателя</strong></span></span></p> <p>О пользе &quot;Шпаргалки писателя&quot;<br />Около двух лет тому назад Юрий Александрович Никитин, в попытках передать какую-то часть опыта начинающим фантастам в моем лице, рассказал, как записал крупными буквами на бумажке и повесил прямо над рабочим столом кое-какие напоминания. В частности – &quot;Не забывать упоминать цвета&quot;, &quot;Указать, какое время года, суток&quot;, &quot;Погода, осадки&quot;, &quot;Помни об употреблении сравнений!&quot;. Методика работы выглядела крайне просто – пишешь какой-нибудь там рома или эпопею, ненароком поднял глаза – и замечаешь, что набил уже целую страницу, а все описания на ней – черно-белые, и ни одной метафоры! Поработаешь так годик с напоминалкой у носа – и начинаешь уже автоматически вставлять и цвета, и запахи, и о солнцепеке с дождем не забудешь, а уж литературные сравнения сами через каждые десяток-другой строк выскакивать будут.</p> <p>Опыт я перенял, составил табличку на свой вкус, сразу включив в нее те пункты, что являлись слабостью для меня. Тут секретов нет, например, одной из моих регулярно повторяющихся упущений являлось употребление глаголов в различных временах в одном абзаце. Не говоря уже о предложениях с одним подлежащим и цепочкой сказуемых. Не вредным я счел и включение в &quot;черный список&quot; короткого перечня слов-паразитов. После чего торжественно водрузил &quot;Шпаргалку писателя&quot; над монитором. И уже потом, через несколько месяцев, начал задумываться, что же я наделал…</p> <p>Вскоре нашлась аналогия. Как любитель шахмат, я припомнил историю замечательного советского гроссмейстера Александра Котова. Ну, то, что Александр Александрович стал вторым в истории нашей страны гроссмейстером, получил Государственную премию за разработки оружия во время войны, написал первый &quot;толстый&quot; роман о шахматисте (&quot;Белые и черные&quot;), причем экранизированный в дальнейшем (&quot;Гроссмейстер&quot;) – нас в данный момент не интересует, главный подвиг Котова – в другом. Итак, в 1938 году молодой шахматист имел первую спортивную категорию - основную слабость: неумение рассчитывать варианты развития партии. Что же предпринял Котов? Он, первым делом, разработал некие правила расчета вариантов, типа – не проходить вторично по одной и той же ветке и так далее. После чего в течении года, ежедневно, молодой человек садился за шахматную доску на 4-5 часов. Он ставил сложную позицию из какой-то конкретной партии, и рассчитывал варианты в уме, не двигая фигур, на большое количество шагов вперед. Следующий этап – запись анализа, затем – проверка расчетов, уже двигая фигуры. Сначала результаты казались обескураживающими, через несколько месяцев обозначился прогресс. А через год Александр Александрович вновь сыграл в турнире. Что он легко победил прежних противников – понятно и так. Главное впечатление Котова выразилось в следующей фразе: &quot;У меня было чувство, что я играю со слепыми людьми&quot;. Через год, побеждая всех подряд, экспериментатор стал чемпионом ССР и гроссмейстером…</p> <p>Что сделал Котов? Он научил мозг тому, что хотел: в данном случае – считать варианты. Так что мешает нам научить самих себя грамотно писать тексты?!</p> <p>Мозг можно тренировать так же, как и любую мышцу, нужна лишь методика и ее неукоснительное исполнение – в течение какого-то, немалого (!) периода. Методика употребления &quot;Шпаргалки писателя&quot; не требует жестких тренировок, все, что требуется по идее Никитина – это повесить перед собой клочок бумажки. И не забывать, что это – руководство к действию.</p> <p>Разумеется, запрограммировать себя можно по любой произвольной программе, достаточно знать собственные слабости. А коли они еще не ведомы – воспользоваться чужим опытом, дополняя, в дальнейшем, список теми пунктами, кои сочтете нужными. И удаляя то, что посчитаете бесполезным.</p> <p>Далее привожу ту шпаргалку, что висела у меня последний год.</p> <p><strong>Шпаргалка для писателя:</strong></p><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p>1) Время года (1 раз).<br />2) Время суток (1 раз в эпизод).<br />3) Погода, осадки (1 раз в эпизод).<br />4) Цвета (по всему тексту).<br />5) Запахи (по всему тексту).<br />6) Вкус.<br />7) Тактильные ощущения – необязательно.<br />8 Температура (воздух, вода, металл) – необязательно.<br />9) Болевые ощущения – необязательно.<br />10) Убрать глупые &quot;Свой, своя, свои…&quot;<br />11) Убрать лишние &quot;Был, были…&quot;<br />12) Исправить предложения 1 подлежащее + несколько сказуемых (&quot;Гусеницы&quot;).<br />13) Проверить, одинаковы ли времена у глаголов в одном абзаце.<br />14) Проверить, в одном ли стиле написан текст.<br />15) Убрать &quot;Видимо&quot;.<br />16) Убрать &quot;Действительно&quot;.<br />17) Убрать &quot;Однако&quot;.<br />18) Убрать &quot;Впрочем&quot;.<br />19) Проверить, использованы ли Сравнения?<br />20) Обработать программой &quot;Свежий взгляд&quot;.</p></blockquote></div><p><strong>Объяснения:</strong><br /><em class="bbuline">Пункты 1-9</em> включают напоминания об употреблении обязательных компонентов описаний. Вероятно, стоит подумать и о том, чтобы не забыть описать внешность героев. Дерзайте!</p> <p><em class="bbuline">Пункты 10-11</em> указывают на те слова-паразиты, употреблением которых грешат практически все начинающие. Остается лишь отослать к брошюре Ю. А. Никитина &quot;Как стать писателем&quot;, где подробно объясняется, что не стоит лазить &quot;своей рукой в свой карман&quot;. Что же до обилия &quot;был-были&quot;, то не стоит употреблять текст русского автора машинному переводу с английского.</p> <p><em class="bbuline">Пункт 12</em> – конкретно для меня (образца 1999 года). Как видно из предложения, начатого словами: &quot;Ну, то, что Александр Александрович стал вторым в истории нашей страны гроссмейстером, получил…&quot;, ясно, что сей недостаток пока не изжит!</p> <p><em class="bbuline">Пункт 13</em> – объяснить, что сие означает, затрудняюсь, но за последнее время ругать меня за скачки стиля в одном тексте стали реже!</p> <p><em class="bbuline">Пункты 15-18</em> – список слов, которых следует всячески избегать в речи от автора, в диалогах героев – пожалуйста! Скорее всего, список стоит дополнить.</p> <p><em class="bbuline">Пункт 19.</em> Для некоторых начинающих авторов мысль о том. Что употребление метафор является едва ли не первейшим признаком литературного произведения может оказаться новой…</p> <p><em class="bbuline">Пункт 20.</em> Это – тоже на мой вкус. Программа выделяет одинаковые кустки слов, находящихся в &quot;опасной близости&quot;. Например, одно и то же слово, повторенное дважды в одном предложении. Программа очень помогает при авторской правке текста. Но кому-то употребление компьютерных программ против шерсти. Нет проблем – выкидывайте этот пункт!</p> <p>Из приведенного текста ясно, что я придерживаюсь мнения: писательскому ремеслу можно обучить. И если не найдется ВУЗа или &quot;доброго дяди&quot;, готового объяснить, с какого конца следует держать литературный паяльник, то, в конце концов, можно воспитать себя и самому! И &quot;Шпаргалка писателя&quot; может сыграть в этом деле не последнюю роль!</p> mybb@mybb.ru (Администратор) Sun, 06 Jun 2010 19:44:04 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=41#p41 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=40#p40 <p><strong><span style="display: block; text-align: right">Автор: © Владислав Силин<br />Источник: <a href="http://www.kmt.graa.ru/textbook_d.php?cr=325&amp;see=1&amp;l=all&amp;a=lit&amp;page=2&amp;cat=read" rel="nofollow" target="_blank">www.kmt.graa.ru</a></span><br /></strong><br /><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-size: 16px"><strong>Стилистика начинающего автора</strong></span></span></p> <p><strong>Вечный ученик (предисловие)</strong></p> <p>Так получилось, что за последний год я принял активное участие в нескольких сетевых конкурсах; какие-то из них я отсудил в качестве жюри, в иных участвовал как рядовой конкурсант. Мне пришлось прочесть несколько сотен произведений начинающих авторов; прочесть внимательно, вникнуть в них, разобраться в сюжете и стиле. Это оказалось неожиданно увлекательным делом: разбирая чужие ошибки, пытаясь их осознать, исправить, я задумался: «А что же я? Как же пишу я сам?» Выяснилось, что безобразно. Это откровение меня поразило до глубины души, поразило и заставило призадуматься.</p> <p>Пришла пора взяться за учебники, за критические статьи опытных литераторов; я отказался от бессистемного чтения и принялся штудировать классиков, разбирая их творчество, особенности стиля. Очень скоро стало очевидно, что большинство начинающих авторов (и я в том числе) допускают одни и те же ошибки. Эти ошибки механистичны; чтобы избежать их, достаточно внимательно вычитать текст и поправить неудачные фразы; главное — знать, что искать. </p> <p>Все, о чем будет сказано в статье — относительно. Могу с уверенностью сказать, что классики в поисках экспрессии зачастую пренебрегают «общепринятой» стилистикой. Временами у них встречается речевая избыточность, двусмысленные фразы, корявая фоника. Чего стоит одна фраза «обедал подчас с сторожами» в «Мертвых душах» Гоголя! Тем не менее, в большинстве случаев можно найти причину, по которой писатель отошел от стилистических норм. Я не призываю никого писать абсолютно правильно — это невозможно, да и не нужно никому... правильная речь мертва. Нет! Мое мнение таково: автор должен знать, что и для чего он делает. Если есть своеобычная фраза, — будь добр, объясни (хотя бы сам для себя) зачем она здесь. Иначе текст будет пуст: слова есть, знаки препинания тоже — автора нет.</p> <p>Итак, приступим.<br /></p> <p><strong>Три барракуды стилистики начинающего автора (жаргонизмы, канцеляризмы, архаизмы)</strong></p> <p>Читая конкурсные рассказы, я частенько натыкался на предложения вроде этого:</p> <p>«Введя в организм некоторую дозу горячительных напитков, мы похерачили к преподу на лабу, ибо оный уже возвестил пришествие вышеупомянутой».</p> <p>Пример утрирован, в чистом виде никто так не пишет. Тем не менее, мой судейский опыт подсказывает, что начинающие авторы очень любят «трех барракуд», лелея наивное убеждение, что это ново, ярко и выразительно. Что так никто кроме них не пишет.</p> <p>И действительно. В хорошей литературе очень мало произведений, написанных с использованием подобного смешения стилей. Дело в том, что жаргонизмы и канцеляризмы сочетаются очень плохо; добавление же в эту окрошку «высокого штиля» совершенно убивает произведение. О какой художественной ценности рассказа может идти речь, если в нем героиня не любуется на себя в зеркало, а «обозревает свою физиономию»? Сколько веры писателю, у которого дети «целеустремленно шествуют в направлении песочницы»? Отвечу — никакой, нисколько. </p> <p>Отказ от того или иного стиля не может быть абсолютным. Иногда в поисках особой выразительности, для придания персонажу индивидуальных свойств, авторы привносят в его речь стилистические особенности:</p> <p>«Начну с того, что тогда я был молод и ставил перед собой более обширные задачи, нежели теперь. Я учился в техническом вузе и писал стихи о дружбе, любви и окружающей природе. Я охотно читал их своим однокурсникам, дабы привить им любовь к поэзии. Но, как и у Леонардо да Винчи, мой рост шел не только по линии художественного творчества, но и по линии изобретательства» В. Шефнер «Когда я был русалкой»</p> <p>или:</p> <p>«— Вполне позитивно, — согласился второй, поправляя сидящие на крючковатом носу очки из шлифованного голубоватого горного хрусталя в золотой оправе. — Если отравка не подпорчена какими-нито инградиенциями.</p> <p>Корчмарь налил. Аплегатт заметил, что руки у него слегка дрожат. Мужчины прислонились спинами к стойке и не спеша потягивали из глиняных чарок.</p> <p>— Великомилостивый сударь хозяин, — вдруг проговорил очкастый. — Полагаю не без резону, здесь недавно тому проезжали две дамы, интенсивно следующие в направлении Горс Велена» А. Сапковский «Час презрения»</p> <p>Но всякий раз при этом автор старается дать некое объяснение речевой особенности персонажа:</p> <p>«И Ахилла рассказывал. Бог знает что он рассказывал: это все выходило пестро, громадно и нескладно, но всего более в его рассказах удивляло отца Савелия то, что Ахилла кстати и некстати немилосердно уснащал свою речь самыми странными словами, каких он до поездки в Петербург не только не употреблял, но, вероятно, и не знал!</p> <p>Так, например, он ни к селу ни к городу начинал с того:</p> <p>— Представь себе, голубчик, отец Савелий, какая комбынация (причем он беспощадно напирал на «ы»).</p> <p>Или: — Как он мне это сказал, я ему говорю: ну нет, же ву пердю, это, брат, сахар дюдю.</p> <p>Отец Туберозов хотя с умилением внимал рассказам Ахиллы, но, слыша частое повторение подобных слов, поморщился и, не вытерпев, сказал ему:</p> <p>— Что ты это... Зачем ты такие пустые слова научился вставлять?</p> <p>Но бесконечно увлекающийся Ахилла так нетерпеливо разворачивал пред отцом Савелием всю сокровищницу своих столичных заимствований, что не берегся никаких слов.</p> <p>— Да вы, душечка, отец Савелий, пожалуйста, не опасайтесь, теперь за слова ничего — не запрещается» Н. Лесков «Соборяне».</p> <p>Объяснить любовь к жаргонизмам (варваризмам) и архаизмам несложно: как и всякие эмоционально насыщенные понятия, они попадают в оперативную память человека первыми, особенно, если у автора беден словарь и нет навыков использования синонимов. Ох, тяжело подчас бывает подобрать нужное слово, то единственное, без которого никак! И рождаются из этого бессилия уродцы вроде «возвещающих преподов»: автор уже понимает, что писать надо ярко, эмоционально, выразительно, да пока что не знает — как...</p> <p>Использование канцеляризмов — это совсем гиблое дело. Беда в том, что большинство авторов — люди просвещенные, они смотрят телевизор и читают газеты, с готовностью осваивая убогую лексику и суконный стиль передовиц. Что там литература! Сама народная речь становится корявой и неуклюжей. Ведь канцеляристу не обязательно держать в уме всю фразу, он может лепить слово на слово, не задумываясь в начале предложения о том, что будет в конце. Канцелярщина позволяет обойтись без глаголов, умертвляя текст, погребая его под курганами мертвых отглагольных существительных. Проверьте: вместо фразы «ударил мечом» получится «нанесение колотой раны путем прободения тела заостренным предметом». Очень солидная, весомая фраза, не правда ли? Наверняка автор — уважаемый человек, думают читатели, не какой-то там пустозвонный сочинитель фэнтези.</p> <p>Да стоит ли оно того? Кому нужно уважение, добытое такой ценой?<br /></p> <p><strong>Золота никогда не бывает слишком много (речевая избыточность)</strong></p> <p>А вот другая распространенная ошибка — избыточность. Многословность, велеречивость. Обычно речевая избыточность происходит от некоей авторской жадности, стремления огорошить аудиторию своим знанием жизни, словарным запасом. На голову бедного читателя вываливается сразу все: «Люди шли быстро и торопливо, передвигаясь бегом вприпрыжку». Зачем? У каждого слова свое определенное значение, — может быть, даже несколько, — но вам-то нужно именно одно! Представьте себя стрелком из лука, Вильгельмом Теллем: есть ли смысл щедро осыпать мишень стрелами, когда ценится лишь «десятка» — попал в яблочко? нет? Стрела одна и яблочко одно. Жертвовать чем-то все равно придется, еще Чехов об этом писал.</p> <p><em class="bbuline">Выделяются три вида избыточности: </em></p> <p>Плеоназм. Это — избыточность как она есть. Нагромождение слов, многократно поясняющих одно и то же: «Графиня смотрела на меня с надменной, горделивой чванностью»<br />Тавтология. Для тавтологии необходимо присутствие однокоренных слов. «Графиня взирала на меня горделивым взором».<br />Ляпалиссиада. Утверждение заведомо очевидных фактов, граничащее с абсурдностью. «Графиня рассматривала меня, глядя обоими своими глазами». Само происхождение термина «ляпалиссиада» достаточно забавно: слово образовано от имени французского маршала Ля Палиса, погибшего в 1525 году. Солдаты его просто обожали, и сочинили о нем песню, в которой была строка: «Наш командир еще за 25 минут до своей смерти был жив».</p> <p>По большому счету, описать все случаи избыточности невозможно. Изобретательность авторов воистину безгранична: тут и «пернатые птицы», и «наиболее высочайший», и бог знает что еще. К счастью, в борьбе с плеоназмами у нас есть два союзника: первый — обидная нелицеприятная критика со стороны злейших друзей, ну а второй... думаю, вы уже сами догадались. Это очень обидная, очень нелицеприятная критика со стороны их же. Чем больней, тем лучше.</p> <p><em class="bbuline">Временами плеоназмы бывают необходимы, чтобы придать произведению большую экспрессию:</em></p> <p>«По ходу пьесы спиртные напитки подавались в таком огромном изобилии, что к концу второго действия все артисты были пьяны вдребезги» Зощенко, «Опасная пьеска». </p> <p>В черном плаще из лоскутов тьмы (штампы)</p> <p><span style="font-style: italic">«— Дуб, — бросил профессор.</p> <p>— Могучий, — прошептал испытуемый.</p> <p>— Как? — переспросил профессор, словно не поняв.</p> <p>— Лесной великан, — стыдливо пояснил человек.</p> <p>— Ага, так. Улица.</p> <p>— Улица... Улица в торжественном убранстве»</span> К. Чапек «Эксперимент профессора Роусса»</p> <p>Зачастую автор стремится экономить силы и время, пользуясь многочисленными литературными находками своих коллег — маститых и не очень. И действительно: к чему изобретать что-то новое, когда все уже написано до нас?.. Вот и появляются в произведениях глаза, горящие «каким-то странным ярким огнем», плащи из «клубящихся лоскутьев мрака», «дивные эльфы» и «герметические костюмы, похожие на скафандры». На эту тему много сказано до меня, повторяться не хочется. Метафоры и реалии сродни монеткам: чем чаще платишь ими, тем тусклее становятся. Почему Лесков был способен написать: «длинный сухожильный квартальный и толстый, как мужичий блин, консисторский чиновник с пуговичным носом», а большинство авторов путается в «бочкообразных» телах и «коротких носах»? Чем мы хуже Лескова? </p> <p>Каждый из нас регулярно наблюдает в жизни «мужичьи блины»; окружающая нас реальность неизмеримо богаче литературы. Достаточно проявить чуточку внимания к мелочам — и не придется обращаться к штампам.<br /></p> <p><strong>Своя игра (притяжательные местоимения)</strong></p> <p>«Она сидела возле него, облокотившись своим локтем на спинку его стула, и смотрела на его работу»</p> <p>Естественный вопрос, возникающий при взгляде на это предложение: чьим еще локтем можно облокотиться на спинку стула, кроме как своим? Чем вообще можно облокотиться, кроме как локтем? Начинающий автор зачастую стремится настолько детализировать происходящее, что доходит до абсурда. Притяжательные местоимения «свой», «своя», «своё» играют при этом с ним дурную шутку, делая текст тяжелым и рыхлым. «Он засунул свою руку в карман своего пальто и достал свой верный кольт». Не правда ли, детальное описание? А ведь избежать этой ошибки легко: достаточно «поиграть» с текстом, выбрасывая местоимения, посмотреть, — потеряет предложение смысл, нет?.. Сперва осознанно, придирчиво глядя на каждое предложение, через какое-то время процесс пойдет сам, без прямого участия сознания.</p> <p>Временами использование местоимений стилистически оправдано: например, «лицо свое», или даже «лик свой» — более экспрессивная форма, чем просто «лицо». Сравните: «он повернул лицо к гостям» или «он обратил лик свой к гостям»? Совершенно иное звучание. Классики часто пользуются этим приемом, к примеру, фраза, использованная мною в начале главы, у Гоголя в «Невском проспекте» звучит так:</p> <p>«Она сидела возле него, облокотившись прелестным локотком своим на спинку его стула, и смотрела на его работу»<br /></p> <p><strong>Какая-то скучная смерть (неопределенные местоимения)</strong></p> <p>««Бессмысленная, вялая какая-то, скучная смерть веяла ровным дыханием», — пишете Вы на 129 странице. Это — очень характерная фраза для Вас. А ведь в ней, несмотря на три определения понятия «смерть», — нет ясности. Сказать «вялая смерть» и прибавить к слову «вялая» — «какая-то» — это значит подвергнуть сомнению правильность эпитета «вялая». Затем Вы добавляете — «скучная», — к чему это нагромождение?» М. Горький «Письма начинающим литераторам»</p> <p>Зачастую автор, описывая своих героев, совершает чуть ли не самую страшную ошибку, какую только можно представить: он признается в собственной некомпетентности. Неспособности показать чувства, переживания персонажей, свою слепоту в отношении описываемых реалий. «Почему-то жило твердое убеждение», «из-за какого-то глупого детского упрямства», «с каким-то безумно отрешенным взором», «чувствовался какой-то надрыв переживаний» — не правда ли, так и слышится: «не знаю я, что там за надрыв переживаний, отстаньте от меня»? Сами посудите: едва читателю придет на ум, что писатель не способен описывать придуманный им мир, — какая будет следующая мысль? «А зачем я вообще читаю эту книгу? Деньги за нее выложил?». </p> <p>Точно так же непонятны описания «магических порталов какого-то синего цвета». Почему не написать просто: «портал синего цвета»? Чем это ухудшит описание? </p> <p>Есть случаи, когда неопределенные местоимения нужны. К примеру: «глаза у него были какие-то болотные». Сказать «болотные глаза» — сомнительно, очень сомнительно... Что, глаза квакают? прыгают по кочкам?.. Сказать «глаза болотного цвета» — теряется уйма оттенков, заключенных в эпитете «болотный». Тут и тоска, и гниение, и затхлость. «Какие-то болотные» на мой взгляд идеально передают всю гамму значений, заключенную в слове.<br /></p> <p><strong>А еще хочу я вам сказать... (начало предложения: «А», «Но», многоточия)</strong></p> <p>Если посмотреть на способы построения предложений, можно выделить некоторые закономерности. Есть стиль завывающе-эпический:</p> <p>«И рыцарь отправился по левой дороге, а дракон — по правой. Они шли долго. И солнце встало не один раз. Потому что шли они неделю. И рыцарь подумал: «И куда это я иду?». И не было ответа ему...»</p> <p>Обратите внимание: все эти «и» в начале предложения легко выкидываются. Большей частью они не нужны, а просто отражают особенность мышления автора: человек мыслит, складывая мир кубиками, подобно архитектору, пристраивающему к Башне Слоновой Кости множество мелких кирпичных домиков. Фонически это звучит так, будто он порывается что-то сказать вдогонку: «И еще! И еще! И еще вот так!»</p> <p><em class="bbuline">Есть стиль прекословящий:</em></p> <p>«Но джинн сказал Стоеросову: «Аллах с тобой, гяур!» Стоеросов был неплохой человек, но с норовом. Почему? Но так уж сложилось. Бывает. Но почему-то джинн об этом не знал».</p> <p>Тоже особенность психики автора: человек постоянно сам себе прекословит. Из каждого правила есть исключение, и автор стремится доказать это всем и каждому. Обычно такой стиль получается, если автор одержим стремлением быть оригинальнее всех. На конкурсах такие произведения встречаются постоянно.</p> <p>«...А я посмотрел налево. Черт возьми!.. А мне навстречу и космодесантники с бластерами, и летающие тарелки с гипердвигателями. А я им говорю: «А на кой черт вы приперлись?». А они молчат»</p> <p>Можно сказать, автор объединяет в себе особенности первых двух стилей. Постоянный вызов: «Вы думали так?! А вот вам!». Тяжело читать произведение, когда автор постоянно петушится, постоянно вызывает читателя на поединок. С одной стороны юношеские амбиции, с другой — нужно ли это читателю? </p> <p>«Солнце садилось... Она посмотрела на меня многозначительно и улыбнулась... Я последую за ней?.. Или она за мной?.. «Сеня... сколько время?..» — осведомилась она...»</p> <p>Такое ощущение, что автор недоговаривает, а герои многозначительно молчат. Фонически многоточию соответствует пауза. Можно ли читать произведение, состоящее из сплошных пауз?</p> <p>Начинать предложение со слов «пусть», «только», «итак», «ну», «да», «нет» — это великолепный прием, служащий для придания произведению особой экспрессии. Но пусть этого приема не будет слишком много! Если каждое предложение в тексте будет начинаться эмоциональной вставкой, восприятие читателя притупится, по-настоящему эмоциональный поворот сюжета не вызовет в душе ни малейшего отклика.<br /></p> <p><strong>Однако, тем не менее, все же скажем (слова-паразитики)</strong></p> <p>Как разговаривает матерый руководитель? Политик со стажем? </p> <p>«Дорогой наш, понимаешь, Никифор Васильевич! Мы, так сказать, собрались здесь, чтобы поздравить, в смысле — вручить тебе ценный, что называется, подарок». </p> <p>Он это делает не просто так. Речевой мусор нужен для того, чтобы дать окостенелому сознанию время обдумать следующую фразу. Слова-паразиты играют роль буфера, отсрочки, необходимой для принятия решения. Какая отсрочка нужна автору, сидящему в уютном кресле перед компьютером, с чашкой кофе в руке? Для чего?.. Да, в порыве вдохновения — может быть (если автор так мыслит), но почему не вычистить этот мусор позже, при вычитке? </p> <p>Если сравнивать текст с человеческим телом, можно предложить следующую аналогию: глаголы — это мышцы, существительные — кости. Прилагательные — кожа, косметика, одежда. Догадываетесь, чем окажутся в рамках этого сравнения слова-паразиты? Правильно — жиром.</p> <p>В некоторых случаях использование слов-связок необходимо. Для стилизации повествования под своеобычную манеру рассказчика, например: </p> <p>«Нынче все пьют помаленьку. Ну и артисты тоже, конечно, не брезгают. Артистам, может, сам Госспирт велел выпить. Вот они и пьют.</p> <p>Во многих местах пьют. А на Среднем Урале в особицу. Там руководители драмкружка маленько зашибают. Это которые при Апевском рабочем клубе.</p> <p>Эти руководители как спектакль, так обязательно даже по тридцать бутылок трехгорного требуют. В рассуждении жажды» Зощенко, «Опасная пьеска»</p> <p><strong><br />Неописуемая неприятность (использование отрицаний в описаниях) </strong></p> <p>Хотите упражнение? Ниже я дам текстик, попробуйте его пробежать глазами, не особо вчитываясь. Затем перечитайте второй раз внимательнее и сравните:</p> <p>«Стены замка еще не растрескались от ветра и дождей, дряхлость не оставила на них свой мерзкий плесневелый отпечаток. Подъемный механизм моста пока еще не был сломан, и пруд, полный кувшинок, зеленой тиной не зарос»</p> <p>Не правда ли, двойственное впечатление? Такова работа подсознания: восприятие текста синкретично; человек воспринимает все слова скопом, лепит их в картинку, при этом отрицания теряются. Чтобы учесть все эти «не», приходится читать текст не образами, а словами. Естественно, художественная ценность произведения резко снижается. Можно придумать ситуацию, когда подобного эффекта приходится добиваться, но очень и очень сомнительно.</p> <p>Старайтесь описывать ситуацию в конструктивном ключе. Это сложно, знаю по себе, однако полученный результат того стоит.<br /></p> <p><strong>Картинки для слепых (избыточность эпитетов)</strong></p> <p>Бывает, автор настолько не доверяет читателю, что принимается детально растолковывать очевиднейшие вещи. При этом совершенно не принимается во внимание тот факт, что читатель может видеть мир по-своему: пишущий должен навязать ему свое видение картины, и баста! </p> <p>К примеру: есть предложение «Начиналась гроза». Вполне нормальное предложение, гроза ведь у каждого своя. Личная, выстраданная. Но автор — личность творческая, он пишет «Началась страшная гроза». Пока тоже ничего страшного, однако молнии не показаны. Дайте мне молнии! Где молнии? Появляется: «Началась роковая, страшная гроза, зазмеились ветвистые молнии». В стремлении «делать красиво» автор неутомим, а результат? Результат налицо: «И, наконец, безжалостно, грохочуще раздвигая слои реальности, явилась третья молния, яростно разбросала по небу свои алчущие ломаные щупальца, вцепляясь ими в скользящие сквозь мироздание, даже самые крохотные потоки, несущие в себе Силу».</p> <p>Даже простое словосочетание «кухонный стол» у разных людей вызовет разные ассоциации. У одного стол — это «оливье», картошка, водочка, у другого — икра, ананасы, шампанское... У третьего вообще селедочный хвост и гора немытой посуды. В принудительном порядке застелив стол крахмальной бело-зеленой клетчатой скатертью, выставив пожелтевший, потрескавшийся кофейник с ароматным кофе, три чашки на старых блюдцах и плетеную тарелочку с позавчерашними миндальными крекерами, автор рискует остаться вообще без гостей. Излишняя обстоятельность в описаниях убивает читательскую фантазию.</p> <p>Иногда многоэтажные прилагательные нужны, без них никак. Мой любимый пример из Эдуарда Успенского звучит так: «новенькая немецкая игрушечная стиральная машина».<br /></p> <p><strong>Беспокойный персонаж (избыточность действия)</strong></p> <p>Временами стремление автора отобрать бразды «мировосприятия» у читателя принимает несколько иную форму. Желая показать героя во всей красе, динамично и ярко, автор заставляет его совершать массу ненужных телодвижений. «Сидящий в кресле маркиз встал, задумчиво прошелся по комнате, вертя в руках перо, и остановился напротив портрета королевы, глядя на нее с обожанием, шепчущий слова любви». Оговорюсь: эта особенность стиля больше характерна для мужчин, женщины стараются насыщать пространство текста образами и красками. С одной стороны насыщенность текста действием — это неплохо, очень даже неплохо!.. Еще А. Н. Толстой говорил: «Движение и его выражение — глагол — являются основой языка. Найти верный глагол для фразы — это значит дать движение фразе». С другой: в приведенном мною примере многие действия излишни. Инстинктивно ясно, что герой должен был встать, перед тем, как идти, что остановиться, одновременно глядя и шепча — это как-то уж чересчур. Обилие беспомощных причастных и деепричастных оборотов душит текст, страдательный залог делает произведение сонным и апатичным. </p> <p><em class="bbuline">Особое внимание стоит обратить на разбивку диалогов: </em></p> <p>«— Чур меня, чур! — сказал он, хихикая, пнув Тузика в бок». </p> <p>Ох, неуклюже! Но скажите:</p> <p>«— Чур меня, чур! —пнул он Тузика в бок и захихикал» — прозвучит куда динамичнее.</p> <p>Другой случай, когда автор начинает вкладывать действия героев друг в друга подобно матрешкам. «Маркиз грустно перетаптывался возле зеркала, держа в руках стакан вина, запотевающий на холоде, из которого время от времени прихлебывал, наблюдая за отражением задумчиво перебирающей струны лютни королевы, улыбаясь, бросавшей на него задумчивые взгляды». Сознанию читателя тяжело держать столько связок между объектами, столько отношений. Наконец, так писать — просто безграмотно! Лучше разбивать подобные громоздкие фразы на несколько предложений.</p> <p>Тем не менее, эта особенность стиля довольно неплоха; при правильном использовании обилие глаголов может стать «визитной карточкой» автора. Главное — не злоупотреблять, не душить живой глагол причастными и деепричастными оборотами.<br /></p> <p><strong>Запись рецепта яда змеи долины Василисков (избыточность существительных)</strong></p> <p>Если вспомнить «Манифест партии национал-лингвистов» Лукина, восемнадцатый раздел был посвящен весьма занимательной проблеме:</p> <p>«Да, но как же без глаголов-то? Какая же это жизнь без глаголов? Ответ: самая что ни на есть нормальная. С какого потолка, интересно, взято утверждение, что глаголы в нашей повседневности необходимы? Да они в русской речи вообще не нужны. К чему они? Зачем? Какая от них польза? Да никакой. Без них даже удобнее. И вот вам лучшее тому доказательство: вам ведь и невдомек, что в данном разделе нет ни единого глагола!»</p> <p>Без глаголов писать можно; я пробовал, получилось довольно занятно. При этом возникает неприятная проблема: можно скатиться на использование отглагольных существительных, а они сильно утяжеляют текст. Возможно, вы помните раздел «Нарочно не придумаешь» в «Крокодиле»? Там публиковались как раз такие перлы народного словотворчества: «она вытаращилась на меня со всей наглой развратностью своей порочной души» или «в знак подтверждения своего согласия». Что это — малообразованность? низкая культура речи? Временами подобные фразы встречаются в довольно грамотно написанных произведениях: «принятия яда, выращенного в мышиной норе корня белладонны». От этой печальной традиции лучше избавляться, а то чем черт не шутит: вдруг фантазия Лукина станет реальностью?<br /></p> <p><strong>Как проста эта прическа и как она идет к ней (избыточность местоимений)</strong></p> <p>Львиную долю ляпов, обнаруживаемых у начинающих авторов, составляют проблемы с местоимениями. Местоимение замещает предмет, но само оно безлико. </p> <p>«Люди выбегали из домов с зонтиками и чемоданами, они озабоченно косились на небо, раскрывая их». Это — типичный пример неудачного использования местоимений. Местоимение «они» может относиться к «людям», «домам», «зонтикам» и «чемоданам». Мышление читателя устроено так, что обычно оно соотносит местоимение с последним встреченным в предложении объектом, главное, чтобы число и род совпадали. В примере, который я привел, «они» скорее всего будет относиться к чемоданам. Надеяться на то, что читатель все поймет по смыслу — глупо. Если фраза может быть понята неправильно, она будет понята неправильно. Я уж не говорю о том, что в выделенном примере есть вторая, куда более грубая ошибка: неудачное использование местоимения «их». Даже теория вероятности против незадачливого автора: если посчитать варианты, окажется, что существует шестнадцать вариантов понимания фразы, из них только один нормальный, остальные вызывают смех.</p> <p>Есть очень мерзкое местоимение: «всё». «В корабль попал метеорит, и всё взорвалось». Господа сочинители! В космическом корабле нет детали под названием «всё». Извольте написать конкретно: что взорвалось и почему. Чаще всего местоимение «все», «всё» используются начинающим автором по лени ума. Детально описывать картинку сложно; надо работать, оттачивать речь, собирать факты. Надо мало-мальски разбираться в описываемом предмете. Куда как проще написать расплывчатое «всё», уклончивое «это», предательски двусмысленное «тут». «При воспоминании об этом у него в душе возникало некое возвышенное чувство. Это чувство он лелеял в себе, и это было хорошо» </p> <p>А вот и нехорошо! Леность ума, беспомощность в описаниях и стремление спрятаться за обтекаемым неконкретным местоимением никогда не будут отнесены к авторским достоинствам.</p> <p>У местоимения в русском языке своя особенная роль, к примеру, оно активно используется в прямой речи. Для большей выразительности фразы зачастую допускаются даже плеоназмы: «Семен, он умен!» Местоимения хороши, если вы хотите назвать предмет, известный обоим собеседникам, к примеру, фразу: «— Ты по-прежнему пытаешься обосновать Гипотезу существования внепространственных взаимодействий между телами, обладающими массой?!» в речи двух ученых можно поменять на «— Ты по-прежнему пытаешься обосновать ту свою гипотезу?» Оба собеседника знают, о чем идет речь, — к чему утомительный тяжеловесный повтор?</p> <p>Гоголь очень активно использовал местоимения. Временами чересчур активно, на мой взгляд... впрочем, на вкус и цвет товарищей нет. При этом он великолепно владел приемами, помогающими избегать ляпов. «Но одна между ими всех лучше, всех роскошнее и блистательнее одета. Невыразимое, самое тонкое сочетание вкуса разлилось во всем ее уборе, и при всем том она, казалось, вовсе о нем не заботилась и оно вылилось невольно, само собою. Она и глядела и не глядела на обступившую толпу зрителей, прекрасные длинные ресницы опустились равнодушно, и сверкающая белизна лица ее еще ослепительнее бросилась в глаза, когда легкая тень осенила при наклоне головы очаровательный лоб ее». Николай Васильевич договорился сам с собой, что местоимение «она» будет относиться к одной лишь прекрасной незнакомке, смутившей Пискарева. Именно поэтому «она» — не голова, не тень и не толпа. <br /></p> <p><strong>Средневековые штаны (неконкретность описаний)</strong></p> <p>Лично меня задевает, когда я читаю в рассказе подобное описание: «Рыцарь ехал, облаченный в средневековую одежду: древний феодальный камзол, старинные штаны и национальную шляпу с традиционным рыцарским пером». Ребята, история костюма очень богата: котты, шоссы, касэды, камзолы, пурпуэны... Наше время дает автору великолепные возможности: пошарив по интернету, можно легко добыть нужную информацию, узнать, чем баскинет отличается от кулеврины и можно ли их вообще сравнивать. Помните Ильфа и Петрова, «стремительный домкрат»? Увы, «домкраты» никуда не исчезли; девы-воительницы в наше время надевают кирасы на голову — все лишь оттого, что пишущему было лень выяснить правильное значение слова. Зачастую автор имеет лишь приблизительное представление о том, что пишет. Результат: взрывающееся в звездолете «всё», «лошадинообразные» создания, «какие-то средневековые плащи»...</p> <p>Конкретное описание всегда лучше общего; если есть выбор, что предпочесть: бескозырку или головной убор, берите бескозырку. У читателя хорошо проработанные детали произведения вызывают доверие.<br /></p> <p><strong>Репортаж с места действия (телеграфный стиль)</strong></p> <p>«Взошло солнце. Подул ветерок, тучи ушли к северу. Лучи коснулись верхушек травы, роса испарилась. Зашумели деревья, запели птицы. Все обрадовалось, развеселилось. Лес проснулся, загомонил своим особым говором»</p> <p>Текст, написанный подобным языком, уже не спасти. Можно напридумывать эпитетов, указать, например, что трава — зеленая и сочная (автор ее пробовал?), а деревья — ветвистые и африканские, что птицы — громогласные. Все втуне. Бесполезно, потому что сам строй предложений неудачен; тупое нанизывание подлежащих и сказуемых не делает текста. А что в итоге? Произведение описывает утро, а читатель засыпает. </p> <p>Стилистика типов предложения — дело сложное и интересное. Короткие, рубленые фразы придают повествованию живость, длинные — великолепны в описаниях. При этом следует помнить, что текст формируется не просто из предложений, но из логически связанных предложений. Если такой связи напрямую не видно, сознание читателя воссоздаст ее само и результат будет обескураживающим для автора. Пример: «Метнулись тени. Через лес с шумом. Подул ветерок, вызывая ассоциации. Потому что птица. Закричала. Сова?» Я не шучу, некоторые авторы так пишут. Есть ли смысл обижаться, когда читатель компонует для себя этот текст в виде: «Метнулись тени, через лес с шумом. Подул ветерок, вызывая ассоциации. «Потому что птица» — закричала сова»? </p> <p>Итак, логика, логика и еще раз логика. Без логической связи текст рассыпается подобно венику с прогнившей бечевкой.</p> <p>Теперь вернемся к первому примеру и задумаемся: сколько в русском языке существует времен глаголов? Никитин утверждает, что : «...дикарь знает, к примеру, всего три времени: прошедшее, настоящее и будущее, а человек даже средний знает в русском языке их двадцать девять (к примеру, прошедшее разовое: курил, ходил, любил, и прошедшее повторяющееся — куривал, хаживал, любливал, прошедшее начинательное — и ну пыхтеть, и надуваться...и т.д.)...» </p> <p>Вполне может быть. В учебнике Ирины Голуб «Стилистика русского языка», что лежит у меня на столе, эта тема освещена довольно неплохо. Настоящее регистрирующее, настоящее предположения, настоящее времени момента речи, расширенное настоящее — характерны для научного стиля. Официально-деловой: настоящее предписания, вневременное действие, будущее долженствования, будущее условное. Публицистический стиль: настоящее историческое, художественный: мгновенно-произвольное, междометные формы, давнопрошедшее время... Хватит, пожалуй. А ведь есть еще наклонения, виды, залоги.</p> <p>Если разбирать любой текст мало-мальски опытного автора, становится заметно, что писатель «поворачивает» глаголы, играет ими. Если есть такая возможность, два глагола в одной форме рядом стоять не будут (я не говорю о специальных случаях — перечислении, например). Чем больше «играют» глаголы, тем живее текст; естественно, следует помнить о согласовании времен, но это уже другой вопрос.</p> <p><em class="bbuline">Обратимся к классикам:</em></p> <p>« Был прекрасный июльский день, один из тех дней, которые случаются только тогда, когда погода установилась надолго. С самого раннего утра небо ясно; утренняя заря не пылает пожаром: она разливается кротким румянцем. Солнце mdash; &amp;не огнистое, не раскаленное, как во время знойной засухи, не тускло-багровое, как перед бурей, но светлое и приветно лучезарное — мирно всплывает под узкой и длинной тучкой, свежо просияет и погрузится в лиловый ее туман. Верхний, тонкий край растянутого облачка засверкает змейками; блеск их подобен блеску кованого серебра... Но вот опять хлынули играющие лучи, — и весело и величаво, словно взлетая, поднимается могучее светило» Иван Сергеевич Тургенев. «Бежин луг».</p> <p>Заметьте: прошедшее разовое время сменяется настоящим повторяющимся, а оно — прошедшим постоянным (термины условные). Временами идут безглагольные вставки; мастерски используется будущее время. К этому надо стремиться, а не штамповать рассказы тупым телеграфным стилем.<br /></p> <p><strong>И такие, и их с страшным всхлипом... (фоника произведения) </strong></p> <p>Очень занятно бывает видеть, как автор старается, пишет лиричный рассказ о любви, а читатель по прочтении морщит нос, отворачивает лицо. «Я счастливейший казначей, вашей незабываемейшей секретаршей утешен». Вот уж действительно! Описывается любовь, а текст полон «шей», «щей» и «вшей». В качестве курьеза, для создания комического эффекта, — отчего бы нет? Но если вы пишете лирику на полном серьезе, неблагозвучные произведения просто обречены на провал.</p> <p>О фонике можно говорить много, укажу лишь самые основные моменты.</p> <p>Аллитерация — повторение одинаковых или сходных согласных. «Прохвост к запруде приперся, спереть заброшенный капор»<br />Ассонанс — тоже, но с гласными. «Пора, пора травку сажать», «Ох, конопельки уродилось нонеча!»<br />Повторение начальных согласных в словах называется анафорой. Очень неприятным может стать текст, в котором всадники «проскакали, привычно привставая на стременах». Какое там — проскакали! Во всем предложении сплошное: «тпру!», «тпру!».<br />Повторение конечных звуков — эпифора. Раздолье для канцелярщины: «специализация нашей цивилизации — трансплантация органов»<br />Скопление согласных на стыке слов: «змей выполз в злобе из норы». Если вы пишете для детей, подобные ляпы просто недопустимы! Любое ваше произведение должно строиться так, чтобы ребенок мог его прочесть вслух. Даже если у ребенка проблемы с дикцией.<br />Зияния — скопления гласных на стыке слов «Я расстаюсь с эльфийкою, и у Аэлландриэль в глазах слезы». При написании фэнтези авторы любят «красивые» имена с обилием гласных. Выбирая имя, всегда следует учитывать — не вызовет ли оно ненужных завываний?</p> <p>Это основные проблемы. Кроме них есть еще неуместные рифмы («Мы с Вованом пошли, как короли»), неблагозвучные названия инопланетных рас («взнизгхи»), обилие шипящих, излишняя ритмизация текста и так далее. Фоника — это мощное оружие в руках автора. К примеру, Лесков, описывая в «Соборянах» негодяя Термосестова, поступил просто. Он не стал описывать в деталях черты характера героя, а заставил его написать донос:</p> <p>«Комплот демократических социалистов, маск ирующихся патриотизмом, встречается повсюду, и здесь он группируется из чрезвычайно разнообразных элементов, и что всего вредоноснее, так это то, что...»</p> <p>Чувствуете? Грохочущая, бездушная аллитерация на «кр», «бр», самодовольная эпифора «-ся», громоздкие канцеляризмы, чудовищная конструкция «так это то, что». Продираясь сквозь донос Термосестова, читатель ощущает сильный дискомфорт; вернувшись же к обычному стилю Лескова — напевному, ласкающему слух, — испытывает облегчение. Естественно, эти метания отражаются в душе читающего, а как же иначе? Герои оживают, обретают свой неповторимый характер.<br /></p> <p><strong>Что дальше? (послесловие)</strong></p> <p>Мой краткий обзор стилистических проблем подошел к концу. В этой статье многое осталось за кадром. Очень многое. Неоправданно избыточное словообразование (каких слов не знаем — придумаем сами), неуклюжее видоизменение устоявшихся фразеологических оборотов (воины, падающие смертью храбрых), обилие варваризмов («колонелы», «сентинелы»), проблемы с перечислением разнородных объектов, сопоставление несопоставимого... Нельзя объять необъятное, да и нужно ли? Многие проблемы исчезнут сами собой, едва лишь автор начнет работать. Работать над собой, над текстом, не полагаясь на некое божественное вдохновение, которое само якобы подскажет нужные слова. Не подскажет. Вдохновение вдохновением, — тоже вещь полезная, не спорю, — однако рутинная корректорская правка (и не одна!) необходима любому тексту, как воздух. Читая статьи пушкино-, гоголе-, булгаково— и прочих «ведов» не раз убеждался, какой титанический труд стоит за кажущейся легкостью «Капитанской дочки», «Мертвых душ», «Собачьего сердца».</p> <p>Я в предисловии уже упоминал об этом, тем не менее, повторю еще раз: писать идеально — невозможно. Стилистические требования зачастую противоречат друг другу; всегда приходится выбирать что-то одно, чем-то жертвовать. При этом автор всегда должен четко и ясно понимать, что он делает. Если начинающий литератор пишет: «Его глаза лихорадочно прыгали по комнате, бешено цепляясь за лицо вошедшего», бесполезно ссылаться на литературную традицию. Да, Булгаков частенько использовал фразы типа: «слушал Михаила Александровича, уставив на него свои бойкие зеленые глаза» или «он испуганно обвел глазами дома, как бы опасаясь в каждом окне увидеть по атеисту», но уверяю вас: Михаил Афанасьевич превосходно сознавал грань, за которой метафора становится нелепостью!</p> <p>Каждая из перечисленных проблем может стать великолепным стилистическим приемом, важно лишь сознавать внутренние механизмы, побуждающие писателя использовать то или иное слово, строить фразу тем или другим способом. Тогда и только тогда станет возможным стилистическое новаторство, отказ от общепринятых норм с целью создать нечто новое, небывалое. Не раньше. Чтобы потрясти основы, их нужно предварительно изучить.</p> <p>Желаю вам творческих успехов!</p> <p><span style="display: block; text-align: right"><strong>6 мая 2003 г. — 7 мая 2003 г</strong></span></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Sun, 06 Jun 2010 12:51:54 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=40#p40 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=39#p39 <p><strong>Обсудим борьбу электронного и бумажного формата.</strong></p> <p>Текхнологии развиваются, развивается интернет, электронные устройства вторгаются в жизнь человека и становятся (уже стали) неотъемлемой ее частью. Читать теперь можно все и бесплатно (благодаря пиратству).<br />В связи с этим многие стали задумываться: &quot;Не пора ли бумажнай книге на пенсию? Не вытеснят ли ее, в скором времени, электронные форматы?&quot;</p> <p>Еще в детстве, когда сотовые телефоны служили больше средством самообороны или накачивания мыщц, нежели средством связи (не говоря уже развлечений), компьютеры тормозили и кряхтели при запуске тетриса, а что за зверь интернет знали только посвященные счастливчики. И вот тогда, читая свои любимые сказки, я мечтал: вот бы придумали такую штуку, чтобы вся библиотека в одной пластинке, а читать как с телевизора и перелистывать страницы словно каналы одной кнопкой. Вот и домечтался. Теперь я думаю - &quot;так ли оно здорово?&quot;</p> <p>Несомненно, польза в электронном формате есть. Он позволит быстро найти неообходимую информацию, взять с собой сколь угодно книг, прочитать &quot;спираченную&quot; копию, не заплатив ни копейки (если нет совести). Технологии могут облегчить жизнь учеников, в начальной школе таскающих горы учебников (однако минус в том, что и так спортом никто не занимается, а физкультура сводится к поднятию бутылки с пивом, потому нагрузки в 5-7кг. за спиной, на мой взгляд, не повредят, хотя бы в начальной школе)</p> <p>Но так ли легко отказаться от классического варианта? Красивая обложка, запах типографии, хруст страниц. Книга стоит на полке, она материальна, ты ждал ее выхода, ходил в магазин. Получается, главное препятвие всеобщего перехода на электронный формат не в необходимости специальных устройств, не в наличии интернета и даже не в мнимой опасности для глаз (Над этим серьезно работают производители &quot;читалок&quot;, все-равно водка вреднее), препятствие в приверженности традициям и сохранению &quot;ритуала&quot; чтения.</p> <p>Отсюда мое мнение, что цифровые книжки не заменят классические бумажные (В этом веке), они просто встанут рядом и пойдут параллельно друг другу. Решать вопрос о полном переходе будет уже поколение для которых i-pod будет древней штуковиной, на которой и на Луну не слетаешь...</p> <p><span style="font-style: italic">Интересно узнать ваше мнение.</span></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Sat, 05 Jun 2010 12:37:37 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=39#p39 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=36#p36 <p><span style="display: block; text-align: right"><strong>Автор : © Игорь Голдырев<br />Источник: <a href="http://www.kmt.graa.ru/textbook_d.php?cr=408&amp;see=1&amp;l=all&amp;a=lit&amp;cat=read/" rel="nofollow" target="_blank">www.kmt.graa.ru</a></strong><br /></span></p> <p><span style="font-size: 16px"><span style="display: block; text-align: center"><strong>Курс молодого бойца или как стать крутым писателем</strong></span></span></p> <p>Литература... Сие слово не может оставить меня равнодушным. Литература отняла у меня детство, отрочество и юность, и теперь, в осеннем возрасте, когда люди вспоминают былые приключения, я лишь, кряхтя, стираю пыль с корешков библиотеки, заполонившей мой дом. <br />Блаженны читающие, ибо их есть царствия многочисленные и сокровища неисчислимые. Но стократ блажен тот, кто не стал растрачивать время на бесконечный процесс чтива, кто занялся диаметрально противоположным делом — сочинительством. <br />В свое время я отдал должное и этому занятию — не без удовольствия, но и без особых, впрочем, успехов. Ныне же я — вполне профессиональный читатель, и, поскольку в круг моего чтения входят не только известные имена, но и безвестные ныне начинающие авторы, предметная область сей статьи мне известна достаточно хорошо. А потому, дорогой читатель, припрячь до поры до времени свой неизбежный скепсис вкупе с исторической фразой Паниковского — «А кто ты такой?». Отвечаю в последний раз: Профессиональный Читатель. <br />Далее следуют банальности, почерпнутые мной отчасти изсобственного опыта, отчасти из других источников (каких именно — я благополучно позабыл), постигнув занудную мудрость которых, любой, даже самый бездарный и никчемный бумагомарака, превратится в истинного профессионала своего ремесла, после чего он с отвращением и в полном праве отвергнет эти записки. <br /></p> <p><span style="display: block; text-align: center"><strong>1. ОБЩИЕ ВОПРОСЫ ТЕХНОЛОГИИ СОЧИНИТЕЛЬСТВА </strong></span></p> <p><strong>ГИБКАЯ СИСТЕМА СКИДОК... САМОМУ СЕБЕ</strong> <br />Литературы без критики, без редакторской правки не бывает. У начинающего автора эти два лица — Критик и Редактор — всегда под рукой. Нужно только не лениться к ним обращаться. К немалому сожалению первых читателей, весьма распространен «нулевой вариант» — полное отсутствие Редактора и Критика. Автор, преисполненный восторгом от вида законченной рукописи, бежит показывать свой черновик всем, кому ни попадя. Мотивируя свое антигуманное поведение, по-видимому, тем, что он — «начинающий», и читатель благородно сделает на это скидку. Увы! Мы живем в жестоком мире — первый же встречный заявляет автору, что его писанина — полный отстой и т.д. А потому начинающий автор должен считать себя вполне «состоявшимся» для критики по полной программе. </p> <p><strong>РАЗДВОЕНИЕ ЛИЧНОСТИ </strong><br />Автор нуждается в первом читателе. И это должен быть благожелательно настроенный читатель. И этот читатель должен обладать изрядной выдержкой и чувством такта. В качестве удовлетворения он должен проникнуться чувством, что является, по меньшей мере, соавтором. Помимо выявления орфографических и стилистических ошибок, Первый Читатель обязан читать ваши творения вслух. Эта кошмарная процедура требует многих сил, однако, овчинка стоит выделки, потому что абзацы, привычно пробегаемые глазами, имеют тенденцию выпячивать все свои примелькавшиеся недостатки именно в акустическом исполнении. <br />Следует отмечать все места запинок читателя, а также места, где он отвлекается, чтобы промочить горло или перевести дыхание — это позволит обнаружить огрехи ритма текста. Фиксация точек изменения настроения, взлеты и падения интереса, также помогает зафиксировать реальную ритмическую структуру текста. Длительность читки имеет смысл ограничить 1-2 часами — иначе результаты будут недостоверными. Если у вас не найдется настолько благожелательного и терпеливого напарника, почитайте вслух сами. Если у вас даже нет слушателя — почитайте себе самому. Это глупо выглядит, но тоже полезно. </p> <p><strong>КАТОРЖНЫЙ ТРУД ИЛИ СИЮМИНУТНОЕ УДОВОЛЬСТВИЕ?</strong> <br />Нет большей радости у автора, чем сесть и сходу написать рассказик от начала до конца. Нет большего занудства, чем состыковывать наспех набросанные куски, заполнять сюжетные дыры, и выравнивать разномастные стили и ломаную динамику. И все же второе живет дольше, чем первое. Потому что более основательно построено. Не следует бросать то, что долго рождается. Хорошо бы дописывать вообще все, что начал, — даже если конечный результат и не устроит, это будет хорошая практика работать «через не хочу». </p> <p><strong>БЕТА И ГАММА — ВЕРСИИ</strong> <br />Произведение должно быть переписано столько раз, сколько необходимо для того, чтобы оно вызывало у вас отвращение. <br />Произведение столько раз должно быть переписано, сколько необходимо для того, чтобы оно вызывало у вас отвращение. <br />Произведение должно быть переписано столько раз, сколько необходимо. <br />Произведение... </p> <p><span style="display: block; text-align: center"><strong>2. СЛОВАРНЫЙ ЗАПАС И СЛОВАРНЫЙ БАЛЛАСТ </strong></span></p> <p><strong>УНИЧТОЖЕНИЕ МИРОВ </strong><br />Непременным условием удобочитаемости большинства ранних произведений является уничтожение эпитетов. Юные дарования способны завалить даже неплохой, по сути своей, текст таким количеством прилагательных, причастий и наречий, что читатель не способен сдвинуть этот воз с места. Попытайтесь установить лимит — одно предложение — одно прилагательное. Напишите в таком духе пару страниц текста. У вас ничего не получится, но это послужит хорошим уроком. Поучитесь полностью использовать изобразительную возможность каждого слова. Потратьте время на то, чтобы выяснить, что для вас наиболее важно в данной фразе — сказать, что горы высоки, или что они безжалостны? И стоит ли тут же уточнять, что скалолаз отважен? Каждое из этих слов тянет в свою сторону, негативные и позитивные оценки, находящиеся близко в тексте, дергают несчастного читателя в разные стороны, вместо того чтобы плавно нести его душу в нужном направлении. <br />Попробуйте взять свой самый толстый абзац и построить его образный срез, наподобие тех, которые строят в результате психологических тестов. Отложите по одной оси эмоциональные характеристики, по другой зрительные, по третьей динамические и т.п. А теперь читайте текст и, наткнувшись на эпитет, ведите карандашом в соответствующую точку диаграммы. Если полученная линия дергается из одного сектора в другой — точно так же будет дергаться и восприятие вашего читателя, и так будет продолжаться до тех пор, пока ему не надоест, и он не начнет читать ваш текст «по диагонали». <br />Сочинительство — упоительная вещь, автора переполняют эмоции, и он изливает их на бумагу, даже если внутренняя природа текста этого не требует. Перебор эмоций, излишняя патетика, уместная в эпических стихах, не слишком хорошо воспринимаются в прозаическомтексте. Многие авторы путают художественную литературу с древнегреческим театром, где персонажи носили маски с утрированными выражениями гнева, ужаса или радости. Попытки использовать эти крайности в текстах превращают литературу в пародию. Хорошо, если вы пишете: «негодяй зловещим смехом выразил свое безграничное презрение герою», но еще лучше, чтобы читатель сам дотумкал, что это негодяй, что он пренебрежительно относится к герою и т.п. Чем меньше вещей названо «в лоб» своими именами, чем больше дано косвеннымпутем, тем лучше это воспримет читатель. </p> <p><strong>СОТВОРЕНИЕ МИРОВ </strong><br />В медицине есть понятие отторжения чуждой плоти или крови. Несовместимость имеет место быть и в литературе. Автор и читатель несовместимы в принципе, поскольку находятся на разных полюсах единого литературного процесса. А потому автор идет на хитрость, создавая свои творения не из своей плоти и крови, а заимствуя кое-какие куски у читателя, делая последнего, по сути, соавтором. <br />«Налетел ветер, громыхнул гром» — у сотни разных читателей возникнет сотня непохожих картин. И это хорошо. Закинув наживку, автор подсовывает читателю голый костяк сюжета — и воображение читателя дорисовывает остальное. Поскольку читатель делает это сам, на основе своего личного опыта и хорошо известных ему образов, совокупное творение является как бы естественным продуктом его воображения, а потому не вызывает внутренних противоречий. <br />Автор может потратить десяток-другой слов, описывая именно свое видение грозы, и при этом добьется лишь того, что потеряет доверие нескольких читателей, которые видят это атмосферное явление как-то иначе. </p> <p><strong><br />КЛАССНЫЕ ФРАЗОЧКИ </strong><br />Не бойтесь выкидывать целые абзацы, не тряситесь над каждым оборотом, который считаете удачным, и не пытайтесь, во что бы то ни стало втиснуть его в текст. Если фраза не вписывается в образ, мешает сюжету, пусть даже она содержит глубокую мысль — выкиньте ее. Оставьте ее в черновике «на потом». Если ей повезет — она впишется в другую вещь, хотя обычно такие «заначки» уходят в гумус. Будьте хозяином слов, не дайте им захватить инициативу, покажите, кто главный! Иначе вы обречены писать стихи и «потоки сознания». </p> <p><strong>ИНОСТРАННЫЕ СЛОВА </strong><br />Изобилие технических терминов вызывает у нормального читателя скуку и раздражение. Изобилие неологизмов имеет тот же эффект. Естественно, без них не обойтись. Они являются, во-первых, частью антуража любого НФ произведения. Во-вторых, они гораздо более четко отражают суть вещей. Проблема в том, что читатель не обязан знать всей возможной терминологии, кроме «общего джентльменского набора» читателей НФ. А что делать, если хочется большего? <br />Замечательный пример в этом плане — «Лунная радуга» С.Павлова. Автор не стал изобретать неологизмов для обозначения космических судов разных классов. Он позаимствовал морскую терминологию. Во-первых, эти слова, хотя и экзотические для большинства читателей, однако известные, и не вызывают «эффекта отторжения». Во-вторых, эти термины не употребляются для обозначения ключевых моментов — читатель может пропустить слово, приблизительно зная его смысл — и его понимание сюжета нисколько не пострадает. В-третьих, в конце книги дан словарик — для желающих. <br />Резюмируя, выскажу несколько сухих рекомендаций. <br />1. Число неологизмов не должно превышать 2-3 в рассказе и 5-6 в повести.<br />2. Читателю должно быть предоставлено приблизительное определение вводимых слов, желательно с помощью контекста, а не нудных пояснений в духе НФ «ближнего прицела». Использование словаря в конце книги — благожелательный кивок в сторону зануд. Если вещь хорошая, ее читают запоем, не тратя время на поиски определений! <br />3. Неологизмы и технические термины, неразрывно связанные с сюжетом, являющиеся ключевыми для понимания произведения, должны сопровождаться четкими определениями, и, возможно, неоднократно. Читатель — не студент, конспектирующий лекции. <br />4. Исключение составляет сюжет, где смысл термина раскрывается последовательно, т.е. имеет место быть «детективная интрига».<br />И простое пожелание. Избегайте сленга и ненормативной лексики. Реалистичности можно добиться и другими способами. </p> <p><strong>НЕЗЕМНЫЕ ОБРАЗЫ </strong><br />Для лучшего вхождения в произведение автору лучше использовать метод последовательных приближений — сначала создавать визуальный образ, а затем обращаться к конкретике. От общего — к частному. Сначала дайте образ движущейся машины, а затем уже уточняйте, что это сверкающий БМВ или обшарпанный «москвич». Грубой ошибкой будет написать следующее «Трепеща радужными крыльями, подлетел абориген, судя по всему — самка». Напишите «подошла девушка», а затем уже уточняйте, что у нее были радужные крылья и фасеточные глаза. Читателю нужна затравка, он увидит девушку, и создаст ее образ, затем вы можете уточнять этот образ, но это будет уже его образ — и он на вашей стороне! </p> <p><strong>СЛОВА-РЕПЬИ И СЛОВА-ВИРУСЫ </strong><br />У каждого человека есть любимые слова. Подобно вирусам, они имеют свойство незаметно пролезать в его писанину и заменять собой те единственно нужные слова, без которых нет хорошей литературы. Причем устраиваются они так органично, что порой выкинуть или заменить их нет никакой возможности — автор, словно хирург, вынужден вырезать зараженную ткань. <br />Если вы еще не знаете своих «фирменных» вирусов — вот простой метод. Напишите длинный абзац текста сходу, без обдумываний, не перечитывая предыдущие предложения, по принципу «что вижу, о том пою». Текст должен содержать какие-нибудь описания и объяснения (хотя есть вероятность, что вирусы поселяются в ваших диалогах). Затем механически разбейте текст на отдельные слова и рассортируйте их по алфавиту (центрифуга). Наведите статистику высеянных культур. То есть, я хотел сказать, подсчитайте частоту употребления отдельных слов. Вирусы должны составлять самые большие по численности колонии. <br />Во-первых, следует отделить «вирусы» от «репьев». «Репьи» можно просто выкинуть из текста, ничем не жертвуя. <br />Во-вторых, «вирусы» по методу лечения подразделяются на два типа. Первый вид, существительные, прилагательные и глаголы — излечиваются методом плацебо. Вторые — только хирургическим вмешательством. <br />В первом случае возьмите словарь синонимов, и выпишите из него все заменители вируса. Повесьте бумагу со списком над столом. Учтите, вам придется на первых порах делать замены чисто механически, вопреки протестующему эстетическому чувству. <br />Гораздо худший случай, когда вирусами оказываются служебные слова «эти», «это», «этот», «который», «когда» и т.п. Здесь метод плацебо не годится и поможет только хирургическая операция. Приготовьтесь к тому, что весь текст вам придется писать два раза: один — под влиянием вдохновения, второй — совсем другими, «не своими» словами, чтобы устранить вирус. </p> <p><strong>ШТАМПЫ, ЗАИМСТВОВАНИЯ И ОРИГИНАЛЬНОСТИ </strong><br />Начинающий писатель — читающий писатель. Скорее всего, истинным поводом для писанины является огромное количество проглоченного чтива (не путать с пивом!). Проблема в том, что это самое чтиво плотно укладывается в язык автора и проникает внутрь его творений. Расхожие фразочки, затертые до дыр сюжетные обороты, — все этобогатство в полной мере присутствует в первых же абзацах ранних экспериментов. Мне кажется, что вылавливать всех паразитов не стоит — вы рискуете остаться ни с чем. На первом этапе сгодится и такой своеобразный «конструктор лего». Важно только честно смотреть себе в глаза и повторять: «Эту фразу я спер. Этот сюжет не совсем мой» и т.п. После длительного самобичевания к вам начнут приходить уродливые и несовершенные — но свои слова и идеи. Если этого не произойдет — вы так и останетесь тенью Мастера, жалким подражателем, которого тоже читают, но не за его находки, а потому что похож. <br />Помимо «авторских» заимствований, которые можно снабдить копирайтами, существуют штампы «общего употребления». Например, «огненный взгляд», «презрительно усмехнулся», «мрачный лес» и т.п. <br />Сами по себе словесные штампы — не такая уж плохая вещь. Они органично, адекватно воспринимаются читателем (поскольку сидят в его мозгу точно так же, как и у вас). Нужно только помнить, что это — всего лишь смазка для лучшего скольжения. <br />Штампы заметно ускоряют процесс чтения и восприятия текста, а потому влияют на ритм произведения (см. главу о ритмике). Однако нельзя строить 50% текста из затертых до дыр словосочетаний. Добавляйте в ту лапшу, которую вешаете читателям, кетчуп собственных находок! <br />Вот только не переперчите эту духовную пищу. Чересчур оригинальные тексты воспринимаются с очень большим трудом. Впрочем, если вы не ставите целью завоевать массового читателя и не слишком интересуетесь коммерческим успехом — полный вперед! Займитесь серьезным искусством, найдите свой круг читателей. Только учтите, самая низкая планка в этой области стоит на гора-а-аздо более высокой отметке! <br />Еще одно полезное употребление штампов — для создания образов. Парадокс? Штампы можно классифицировать хронологически — у каждой эпохи свои штампы, по разным уровням культуры — разговорный штамп может стать неплохим штришком к образу персонажа... И т.д. и т.п. </p> <p><strong>ПУТЕШЕСТВИЯ ВО ВРЕМЕНИ </strong><br />Одной из распространенных ошибок является отсутствие согласования времен глаголов в пределах одного абзаца, а тем более в пределах одного предложения. Фраза типа «пришел и спит» допустима только в прямой (и, скорее, эмоционально окрашенной) речи. В литературном языке должно быть «пришел и заснул». <br />Монотонное, хронологически последовательное изложение событий выглядит, как правило, несколько скучновато. Это хороший способ не запутаться в своей писанине, однако, со временем неизбежно хочется большего. Такое «перемешивание» предшествующих и последующих событий вносит в произведение дополнительную интригу, и украшает текст. Этот прием особенно уместен, когда в интересах сюжета требуется большой кусок мало динамичного повествования. Вставки из кусков прошедших или будущих событий позволяют, во-первых, разбить его на более мелкие блоки, во-вторых, разбавить участками с более активным действием. Это полезно для ритмики. Естественно, тут немудрено переборщить, и достичь отрицательного эффекта, а потому разумно поделить два заранее написанных куска повествования на равное число равных по размеру абзацев или глав и чисто механически вставить одно за другим. Желательно при этом, чтобы сюжетная линия обоих кусков завершилась одновременно. </p> <p><span style="display: block; text-align: center"><br /><strong>3. ДИНАМИКА СЮЖЕТА </strong></span></p> <p><strong>ЗВЕЗДНЫЕ ВОЙНЫ — ЭПИЗОД 4 </strong><br />Автор должен быть Демиургом. Автор должен быть, кроме того, историком, социологом, специалистом по генеалогическим деревьям, предсказателем... Что? Вам кажется, что это уже чересчур? Ну, вы меня разочаровываете. Писатель, если не хочет выглядеть полным дураком, должен разбираться в том, о чем он пишет, лучше большинства своих читателей. Кое-какие глупости ему могут проститься, кое-чего читатель не заметит, но рассчитывать только на везение, право, не стоит! И ведь есть-таки одна область, где у вас заведомо все карты в руках, где вы можете быть гораздо осведомлённей своего читателя. Эта область — сюжет. <br />Следует иметь в виду следующий постулат: </p> <p>Время, как правило, непрерывно <br />Что это означает на практике? Это означает, что течение времени не началось в начале вашей повести, и не закончилось после того, как вы написали «Конец». Это означает, что помимо событий, которые вы описываете, есть предыдущие и последующие. Это означает, что громилы, которым лихо выносит зубы ваш герой на первой странице романа, не появились из воздуха, а на минус пятой странице вылезли из автомобиля. И этот автомобиль не мог испариться в воздухе, когда ваш герой завершает сеанс кун фу и победно оглядывает «абсолютно пустую улицу» — громилы вряд ли отпустили водителя с тем, чтобы после драки пройтись пешочком — ведь они рассчитывали на свою победу. <br />Это простой пример, и читатель легко не заметит авторской плюхи, если писатель сам не натолкнет его на подобные размышления. Гораздо хуже, когда автор создает некие социальные структуры, необычную биологию и психологию инопланетных существ, странные обычаи аборигенов или физический антураж неизвестной планеты. В этом аспекте постулат о непрерывности времени звучит таким образом: </p> <p>Любой процесс имеет свое продолжение в прошлое и будущее <br />Многие почему-то пишут, что на планетах, где постоянно дуют ураганные ветры «возвышаются скалы причудливой формы» и ничего не говорят о тех кубометрах песка, в которые обратилось 50% этих «причудливых скал» — когда-то давно. Или населяют мир полу-киборгами с многочисленными «мозговыми и скелетными имплантантами» и лишают население элементарной медицинской помощи, видимо, не подумав о том, кто и где должен производить эти весьма сложные хирургические операции. Или создают мир, который не может существовать достаточно долго по объективным причинам, и помещают туда сверхразвитую цивилизацию. Или создают расы жукоглазых агрессоров, которые одержимы жаждой убийства и не имеют никаких иных конструктивных особенностей. Автор забывает, что столь примитивные общества вряд ли смогли бы процветать достаточно длительные периоды времени. <br />Еще забавнее в этом аспекте смотрятся «хэппи-энды» на фоне развалин, когда герой мужественно сжимает одной рукой бластер, а другой — боевую подругу и говорит: «Ну вот, все и кончилось, крошка». При этом читателю известно, что законная власть в стране (на планете) рухнула, экономические связи разрушены, бюрократические институты уничтожены. На этом, действительно «все кончилось», потому что любой мегаполис в таких условиях превращается в жуткую ловушку для населения, и через месяц страна (планета) будет населена одними трупами и группками быстро дичающих фермеров, которые, впрочем, вскоре не смогут достать солярки или еще каких-нибудь плодов цивилизации и тоже не переживут очередную зиму. <br />Оставим в покое глобальные предметы и вернемся к личностям. Хороший автор должен знать, что происходило с его героями вплоть до самого их рождения, он должен знать причины их неврозов и подавленных комплексов. При этом совершенно не обязательно вываливать на читателя все эти сведения — они нужны автору для достоверности. <br />Конфликт произведения или простой сюжетный ход должны органично следовать из принципов построенного вами мира или граничных условий созданной вами ситуации. Следует избегать коллизий типа «рояль в кустах». Все обороты «вдруг, откуда ни возьмись» попробуйте мысленно заменить на пространный рассказ о том, «откуда именно» и «почему именно в данный момент». Если вы не способны на такую замену, или же она умножает число имеющихся сущностей, откажитесь от этого сюжетного хода. Т.е., если вам приходится придумывать гангстерский синдикат специально для того, чтобы объяснить, почему на главного героя напали бандиты — это есть умножение сущностей. Причиной событий должны быть, по возможности, не цепочки случайностей, а присущие сотворенному вами миру законы. </p> <p><span style="display: block; text-align: center"><strong>4. АНТУРАЖ И ХРОМАЮЩАЯ ЛОГИКА</strong> </span></p> <p><strong>ДУРАЦКАЯ ФИЗИКА </strong><br />Следует избегать залезать в те области, которые вам недостаточно знакомы. Это относится не только к законам физики! Нынешние авторы худо-бедно перестали делать совсем уж глупые ляпы в бытописаниях космических путешествий, однако часто пишут полную чушь в том, что касается социологии, политики, экономики, и просто бюрократии. Если шеф отдела контрразведки бегает с пистолетом по крышам — это, извините, смешно. Такая «контрразведка» давно бы завалила все дела, а государственные чиновники, создавшие подобный орган — отправились в отставку. </p> <p><strong>ТАЙНЫ И ЗАГАДКИ — ПЕРЕДАЙ ДАЛЬШЕ </strong><br />Если вы — автор научно-фантастической повести или рассказа — вы бог. Вы создаете новый мир. Ваш бедный персонаж (и читатель вместе с ним) бьются над подброшенными вами загадками, удивляются вашим чудесам и погружаются в скрываемые вами тайны. Не следует раскрывать все тайны. Загадки должны оставаться. Иначе литература превратится в учебник с ответами в самом конце. </p> <p><strong>НЕОБХОДИМОСТЬ АТРИБУТОВ </strong><br />Ружье, висящее на стене должно выстрелить. Пока вы не стали крутым стилистом — не вводите в текст случайных подробностей и незначительных деталей. </p> <p><strong>ВСЁ ТЕ ЖЕ ЛИЦА... В ДРУГОЙ ШКУРЕ </strong><br />Когда ваш герой встречается с чуждой расой жукоглазых пришельцев, пожалуйста, не пишите о галактических императорах, гангстерах или спецслужбах — там, у них, не обязательно те же интересы в жизни, что и у вас. Любой внеземной вид от кого-то произошел. Если вы поинтересуетесь, психика хищников и травоядных, их социальные установки различаются. Не засовывайте в шкуры пришельцев людей, попробуйте придумать — что нас может отличать от Чужих — и тогда получится гораздо интереснее. </p> <p><strong>ЗАЕЗЖЕННЫЕ КЛЯЧИ </strong><br />А теперь немного критиканства и негативных эмоций. Расслабьтесь. Это не о вас лично. Еще расслабьтесь. Сильнее. Вот так. <br />Если вы начали писать об эльфах и гоблинах, подумайте: а чем таким особенным отличается ваша вещь от Толкиена? Замените эльфов и гоблинов на краснокожих и ковбоев. Прочитайте результат. Это интересно? Тогда — вперед! <br />Оказавшись на чужой планете без оружия и средств связи, ради бога, не находите компьютеризированную базу с бездонными складами, заводами по производству «всего что угодно» и армией киберов. Постарайтесь выкрутиться сами. <br />Если вы встречаете инопланетную принцессу, и она в вас влюбляется, вы никак не станете первым лицом Галактической Империи — даже если вы знаток кун фу или крутой хакер. Подобный сюжет лишь заставит умного читателя посочувствовать вашим личным проблемам. <br />Если ваш герой беспрестанно «мочит» жукоглазых и делает «динь-динь» со всеми встречными женщинами, он вскоре должен оказаться на приеме у врача, а жукоглазые должны были вымереть много веков назад от своей беспросветной глупости. <br />Человек, даже супермен, не может пить всю ночь напролет, не посещая туалета. <br />У галактических принцесс тоже бывают месячные. В конце концов, это живые люди! <br />В стане пришельцев-агрессоров, конечно же, есть оппозиция. Только с чего вы взяли, что ее представители окажутся на переднем крае фронта? И почему вы решили, что их больше волнуют ваши проблемы, а не их внутренние дела? <br />Если в ваш мозг встроены «микрочипы» — вам очень вредно садиться в троллейбусы и трамваи, любая гроза для вас опасна, кроме того, вам не стоит подвергаться сильному электромагнитному и радиоактивному излучению. <br />КПД лазера не может превышать 50%. Американцы уже проверили возможность создания «лазерного пехотинца». Не повторяйте их ошибок. <br />Любое оружие требует перезарядки. Если вы отправились в длительный поход — кто-то должен тащить амуницию. <br />Стрелы, «летящие из кустов» редко поражают цель. Попробуйте-ка сами подобрать угол выстрела в условиях ограниченной видимости! <br />Прежде чем шагнуть в Портал, подумайте о разнице давлений — вас может не подпустить к нему ураганный ветер! <br />Попав в чужой мир, вы вряд ли встретите добровольного гида, которому совсем нечего делать, кроме как опекать вас. </p> <p><strong>ОТРИЦАТЕЛЬНЫЕ ПЕРСОНАЖИ </strong><br />Обязательно прочитайте «100 вещей, которые я сделаю, когда стану Злым Властелином» <a href="http://www.volod.ru/texts/zlodei.htm." rel="nofollow" target="_blank">http://www.volod.ru/texts/zlodei.htm.</a> </p> <p><strong>ИДЕЙНАЯ ОСНОВА</strong> <br />Произведение не должно быть построено целиком и полностью на одной идее, на одной сюжетной коллизии, или на одном фантастическом предположении. Вы должны иметь за душой что-то еще. На крайний случай это должны быть несколько идей. Если все же вы написали такой рассказик — допишите еще несколько на основе других идей, но с теми же персонажами, и создайте цикл. </p> <p><strong>РЕАЛИЗМ </strong><br />Реализм — самое больное место в НФ-литературе. Как ни парадоксально, фантастическое произведение нуждается в изрядной доле реализма, который создает иллюзию достоверности. В противном случае вместо фантастики получается фантазирование. Собственно, реализму в этой статье уделено и так достаточно много места. Поэтому упомяну только об одном аспекте. <br />Созданный вами мир должен выглядеть реальным либо с позиции здравого смысла, либо исходя из постулатов или законов, положенных вами в основу этого мира. В последнем случае эти самые законы и постулаты должны иметь хоть какую-то опору в повседневном опыте читателя. </p> <p><span style="display: block; text-align: center"><strong>5. ОБРАЗЫ </strong></span></p> <p><strong>ЛИЧНОСТЬ АВТОРА </strong><br />Авторские ремарки не должны обращаться к читателям, так, как будто они — его близкие друзья. Если читатель скептически настроен — это его позабавит или оттолкнет. Авторские ремарки не должны содержать сленга и ненормативной лексики. Автор должен воздерживаться от прямых оценок происходящего. </p> <p><strong>ДИАЛОГИ И ЛИЧНОСТЬ ГЕРОЕВ </strong><br />Особенно трудно у начинающих авторов идет работа с диалогами. Прямая речь — вообще довольно уродливая форма литературного текста. Неумелое использование этой формы может сильно испортить хорошую вещь. Проблема в том, что диалоги нельзя писать с точки зрения достоверности или реализма. Тут есть маленькие нюансы, которые могут если не испортить, то, по крайней мере, не украсить использование прямой речи. <br />Я утверждаю, что литература — это компромисс между жизнью и искусством. Расшифровки реальных диалогов, записанных на магнитную ленту, всегда выглядят нудно и невыразительно. Собственно, это часть ремесла журналиста-репортера — обработать сотни метров скуки и нудятины так, чтобы это стало хоть кому-то интересно — надеюсь, вы не думаете, что с этим справится любой дурак? <br />Итак, оставим скрупулезный реализм уголовным протоколам и обратимся к Искусству. Первая задача литератора — украсить диалоги по сравнению с их реальными прототипами. <br />Основная беда диалогов — их безликость. Многие забывают, что разговоры ведутся не только с целью передачи информации. В таком случае их можно заменить гораздо более красивым авторским текстом. Диалог должен передавать эмоции персонажей, а также служить их «лексическими портретами». <br />Для передачи эмоций годится текст от автора или ввод в прямую речь тех самых слов, на которые Word выдает свою коронную фразу «Это слово несет ярко выраженный негативный оттенок... и т.д.» <br />Для передачи личности персонажа служит его персональный словарный запас. Хорошо, если два собеседника одни и те же мысли выражают разными словами. Если вы ленитесь настолько проработать свои персонажи, введите в речь каждого хотя бы парочку ярких, запоминающихся слов, или оборотов, а затем скрупулезно вставляйте эти «ярлычки» в диалоги — не реже, чем через раз. Благодаря такой нехитрой методе герой обретет узнаваемость. <br />Если даже вы пишете боевик, и все ваши персонажи — солдаты, отвечающие по уставу, не пренебрегайте нарушением реалистичности разговоров во имя художественной достоверности. В противном случае, например, вы вынуждаете читателя, споткнувшегося на середине длинного диалога, пальцем отсчитывать четные и нечетные реплики до начала разговора, чтобы понять, кому они принадлежат! </p> <p><strong>МЕТОД РЕФРЕНА ВНЕ ДИАЛОГОВ</strong> <br />Очень большие трудности для читателя возникают при изобилии персонажей, что характерно, в первую очередь, для романов. (Апелляции к «Войне и Миру», где, как известно, более 200 персонажей в данном случае неуместны!) Во-первых, многие авторы, однажды вскользь упомянув имя персонажа и его должность (например, «...Улунг Шу Хи, штурман корабля Улугбек...»), почему-то начинают считать, что знакомство состоялось — и в дальнейшем пишут просто «штурман» или «Шу». Если это происходит в следующем абзаце — возможно читатель и вспомнит, о ком идет речь. Но если это происходит на следующей странице или в другой главе... Во-вторых, авторы не понимают, что на 90% все вычурные (инопланетные) имена собственные, а также термины пропускаются читателем как шум и не откладываются в его оперативную память. В-третьих, автор забывает о том, что у него все персонажи уже находятся в голове, а читатель получает их порциями и последовательно. Т.е., другими словами, автор воспринимает свой текст так, как читатель будет воспринимать его после двух-трех прочтений. Поэтому автор должен рассчитывать на «неадекватное» восприятие своих шедевров. Автор должен представлять себе читателя как некоего рассеянного субъекта, который вечно все путает и склонен моментально забывать важнейшие вещи. <br />Методика рефрена, описанная выше, кстати, годится не только для диалогов. Вы можете с успехом использовать ее в описательной части. Прицепив к каждому герою его «фирменный» набор эпитетов, цветовых, звуковых или динамических характеристик, разместите их в тексте на примерно равных интервалах друг от друга. Не обязательно обрабатывать таким образом весь текст — достаточно только некоторую его часть, с тем, чтобы закрепить у читателя соответствие имени персонажа его характеристикам. В дальнейшем частоту употребления таких «штампов» можно уменьшать. </p> <p><span style="display: block; text-align: center"><strong>6. РИТМИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА ТЕКСТА </strong></span></p> <p>В тексте должен быть ритм. Пусть даже синкопы — но он должен быть. Ритм должен соответствовать настроению. С помощью ритма задается почва для настроения. Динамические, экспрессивные участки текста должны иметь высокую частоту, задумчивые и лирические — низкую. Частота задается как размерами предложений и знаками препинания, так и паузами, подразумеваемыми автором, необходимыми читателю для осмысления какой-нибудь сложной фразы. Для создания «ритмической основы» текста служат и абзацы, межабзацевые значки и перебивки главами и частями. </p> <p><span style="display: block; text-align: center"><strong>7. АМБИЦИИ И СТИЛЬ. ИЗБИЕНИЕ МЛАДЕНЦЕВ </strong></span></p> <p><strong>О СООБЩАЮЩИХСЯ СОСУДАХ </strong><br />Все мы люди, все мы человеки. Причем разные по возрасту и жизненному опыту. Большинство молодых авторов... гмм... молоды. И с этим мало что можно поделать. Проблема, конечно же, не в количестве лет, проблема в качестве идей и объеме жизненного опыта. Автор, как это ни печально констатировать, должен быть умнее, или, во всяком случае, не глупее читателя. Литература — это игра в одни ворота, поток, который течет в одну сторону. Автор и читатель — как два сообщающихся сосуда, и если меньше в том, который автор... Больше всего автору необходима (кроме, естественно, личной наглости и самоуверенности — они в первую очередь!) трезвая самооценка. Мне кажется, что автор должен объективно представлять ту аудиторию, к которой он обращается. Я рискну дать следующую (очень спорную) рекомендацию: <br />Пиши для тех, кто меньше тебя понимает в том, о чем ты пишешь <br />Это не означает, что автор-школьник может претендовать только на аудиторию детсада, а писатель-студент — только на читателей в школьной форме. Если автор маломальский специалист в какой-то области — он может претендовать на всех. Проблема в том, что число таких областей увеличивается пропорционально возрасту. <br />Хотелось бы, не задевая ничьего самолюбия, сказать какие-то мудрые, запоминающиеся слова... но ничего не приходит в голову. Поэтому придется приводить характерные примеры. </p> <p><strong>ПРО ЛЮБОВЬ </strong><br />Лирические пассажи, порожденные разбитым школьной любовью сердцем, очень впечатляют... того, кто это написал. Попытки вложить сей болезненный, но весьма скромный опыт душевной жизни в персонажей лет 20ти-30ти выглядят не очень достоверно. Человеческие чувства имеют тенденцию эволюционировать, а потому на разных этапах жизненного пути одни и те же (по названию) проблемы приобретает разные акценты и видится в разных аспектах. И если юный автор не хочет выглядеть глупо — он должен соблюдать определенную аскетичность в описании глубоких душевных переживаний. К сожалению, зачастую бывает так, что произведение, собственно, порождено именно этой подростковой трагедией, желанием с кем-то ею поделиться, кого-то наказать, кого-то оправдать... В таком случае мой категорический совет — пишите стихи. Это, похоже, та область, где разные поколения говорят на одном языке, где никто не может быть смешон, где каждый может быть понят. </p> <p><strong>ТЕМНАЯ СТОРОНА СИЛЫ </strong><br />Взаимоотношения добра и зла очень важны для каждого человека на всех этапах его жизненного пути. Чувства страха, справедливости и альтруизма — богатый материал для литератора во все времена. Вот только отношение к этой оппозиции меняется по мере накопления жизненного опыта. Изначально мир представлен черно-белыми красками (да-да, я все помню про радужное детство!). В дальнейшем грани добра и зла размываются, зло перестает быть персонифицированным, а личности людей — жестко детерминированными. Зло переселяется из конкретных негодяев в общественные институты, политику, прогресс, обычаи, обстоятельства и т.п. Выясняется, что большая часть негодяев таковыми на самом деле не являются, а проблема была в максималистском подходе субъекта. Затем обнаруживается, что зло находится в самом субъекте, причем равномерно перемешанное с добром и другими не менее важными вещами, не относящимися к данной оппозиции. Таким образом, деление на злых и добрых (как, впрочем, и на своих и чужих, друзей и врагов) — всего лишь грубое описание действительности, уместное в детских сказках и (это очень важно!) в поджанре фентези. Литература, в которой персонажи больше похожи на шахматные фигуры, чем на людей, всегда притягивала юные дарования, видимо инстинктивно чувствовавших, что здесь они будут выглядеть «на уровне». </p> <p><strong>ACTION. ХАКЕРЫ И ЛАМЕРЫ </strong><br />Другая естественная литературная ниша для начинающих — боевик. Как правило, для написания оного не требуется никаких особых познаний (кроме почерпнутых в других боевиках). Если психологические мотивировки персонажей и взаимоотношения людей сводятся к скупым авторским ремаркам, а все остальное — действие, действие и еще раз действие, — любой начинающий, имя только воображение, талант и начитанность в предметной области, способны сказать свое слово в этом жанре. Вся прелесть в том, что сам жанр защищает автора от ошибок, т.е. следование канонам не позволит написать плохую вещь. Нужны только, повторяю, воображение италант. <br />Еще одна ниша — киберпанк. Любой ламер, написавший пару скриптов для Интернета может смело считать себя специалистом... по сравнению с неохваченными Паутиной согражданами. Другой вопрос, насколько это интересно другим согражданам... или насколько смешно для небольшого числа хакеров... <br />Обычно ошибки авторов, подвизающихся в этих областях — чисто предметные (мат.часть учить надо!), а не принципиальные. </p> <p><strong>НЕ БЕЗ ЮМОРКА </strong><br />Отсутствие жизненного опыта очень легко скрывается юмором и иронией. Некоторые, впрочем, считают эту манеру письма полной индульгенцией и настолько сжились с ней, что не совсем понимают разницу между стилем и пошлостью. Чрезмерная привычка к иронии и самоиронии вредна — на начальном этапе автор как бы подчеркивает, что он ни на что особенное и не претендует — и как бы и сам над собой прикалывается, а в дальнейшем (привычка — вторая натура) перестает замечать, что супчик пересолен. <br />Юмор — это смазка, позволяющая читателю расслабиться и легче проглотить авторскую стряпню. Автор, относящийся к событиям своего произведения с иронией, как бы становится не в оппозиции к читателю, а рядом с ним, заглядывает через плечо и хихикает: «смотри-ка чего тут твориться...» Очень хороший, практически беспроигрышный прием. <br />Беда приходит со временем, когда прием слишком врастает в стиль. Драматические ситуации, поданные с ерничаньем и смешками, сводят на нет литературу как таковую. Все превращается в пошлые или циничные шутки, а то и просто в черный юмор. Герои романов выглядят комиками, а не героями, потому что автор потерял чувство баланса (или просто не имеет вкуса). Такой юморок выглядит очень печально. </p> <p><span style="display: block; text-align: center"><strong>8. ПЕРВАЯ ПУБЛИКАЦИЯ </strong></span></p> <p>А ничего особенного. Это только начало. Вам повезло. Дальше все пойдет гораздо хуже, тяжелее и противней — ибо игра на этом кончается и начинается самая настоящая работа. И, как юные пионеры, — Будьте готовы!</p> mybb@mybb.ru (Администратор) Sat, 05 Jun 2010 10:45:35 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=36#p36 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=35#p35 <p><span style="display: block; text-align: right"><strong>Автор: © Алексей Корепанов<br />Источник: <a href="http://www.kmt.graa.ru/textbook_d.php?cr=318&amp;see=1&amp;l=all&amp;a=lit&amp;cat=read/" rel="nofollow" target="_blank">www.kmt.graa.ru</a></strong></span></p> <p><span style="font-size: 16px"><strong><span style="display: block; text-align: center">Винегрет для начинающих</span></strong></span></p> <p>«Очень важна в литературном произведении первая фраза», — говорил нам на семинаре молодых писателей-фантастов в Дубултах (а было это лет 15 назад) родоначальник советской «космической оперы» Сергей Снегов. Долго я думал над первой фразой этих заметок — и решил начать именно с нее. А дальше должно уже само пойти-покатиться... </p> <p>Но спешу оговориться: никакое это не литературное произведение, а именно заметки, не весьма систематизированные, винегрет, сварганенный как из собственных, так и позаимствованных мыслей; возможно, кому-то из начинающих писателей-фантастов он действительно будет хоть чем-то полезен. Все-таки уже одиннадцатый год имею возможность знакомиться с рукописями начинающих авторов. По собственным прикидкам, прочитал их тыщ пять, не меньше. Так что о чем-то судить, наверное, могу. </p> <p>Однако, пора и закругляться с вступительной частью — уж больно затянулась. Вот, кстати, и первый совет-пожелание: не усыпляйте читателя занудными длиннющими вступлениями. Лучше сразу — быка за рога! Начните с интересного эпизода, подденьте читателя на крючок, зацепите его внимание — а уж потом, по ходу повествования, растолковывайте, что к чему, и зачем, собственно, герой мочил из бластера этих зеленых чудиков... </p> <p>Такой вот совет... нет, все-таки, не совет (как пишет один небезызвестный московский фантаст: «Вздумал, скотина, учить писать. Да мы сами умеем исчо лучше!!!») — я просто высказываю свое мнение, а уж дело начинающего автора — прислушаться к этому мнению или нет. </p> <p>Неплохо бы, по-моему (и не только по-моему!), прежде чем приступать к работе над текстом, определиться, ЧТО вы, собственно, хотите сказать своим произведением. Зачем пишете? Чтобы поставить проблему? Указать путь ее решения? Привлечь внимание к чему-то, о чем-то предупредить? Просто развлечь? </p> <p>Замечательный советский фантаст Дмитрий Биленкин говорил о четырех метатемах литературы: духовный мир человека; деловые и межличностные отношения; человек и общество, природа; человек — и то, что лежит за горизонтом прогресса, но, может быть, когда-либо и реализуемое... Четвертая метатема — это именно метатема фантастики. Хотя невооруженным глазом заметно, что сегодня это определение годится, скорее, только для той ветви фантастики, которая именуется «научной» и ныне не в фаворе. Может быть — «человек — и все необычное»? Ну да бог с ними, с определениями. О чем писать — вы знаете. Вперед! За мной, так сказать, начинающий писатель! </p> <p>Только рванули со старта, а на пути — первый столб. Бац! Вот послушайте, что говорит «матерый человечище», он же Лев Толстой: «Художественное впечатление, то есть заражение получается только тогда, когда автор сам по-своему испытал какое-либо чувство и передает его, а не тогда, когда он передает чужое, переданное ему чувство. Этого рода поэзия от поэзии не может заражать людей, а только дает подобие произведения искусства». А Голсуорси, словно они сговорились, вторит Льву: «Если человек не составил себе какого-то представления о жизни на основании собственной жизни, чувств и опыта, то ему нечего сказать такого, что другим стоило бы слушать». </p> <p>А если автору всего лишь восемнадцать-двадцать, и опыта жизненного, сами понимаете... </p> <p>Конечно, аргументировать что-либо с помощью цитат — метод не весьма корректный, ведь на каждую цитату может найтись «противоцитата». (Помнится, в 80-х годах прошлого тысячелетия киевское издательство «Молодь» отвергло мою повесть, аргументировав свою отповедь одной-единственной цитатой из какого-то выступления большого знатока фантастики летчика-космонавта СССР В. Севастьянова. Советским, мол, фантастам негоже писать о возможной гибели человечества. Так я им в ответ столько «противоцитат» поприводил! Правда, мне это тогда не помогло...). </p> <p>Ага, вот и Буало тут же объявился: «...если замысел у вас в уме готов, / Все нужные слова придут на первый зов». </p> <p>И притом, скажет начинающий, это же о художественной литературе вообще, о реальной, так сказать, жизни, а не о фантастике. В фантастике можно и без опыта — была бы интересная идея да лихо закрученный сюжет, а опыт тут и вовсе ни при чем. И вообще, что нам все эти толстовы с голсуорсями! </p> <p>Спорить не буду. Пишут ведь молодые, неопытные, и пишут интересно — убеждался не раз и не два! И чудесно. Значит, это от Бога. И, в конце концов, и опыт, и техника письма — дело наживное. Только течет ко мне целый поток рукописей, которые я называю для себя «студенческой литературой». И не потому что авторы обязательно студенты (хотя таких большинство). Просто манера изложения, изображение персонажей этакие... м-м... несколько наивные, ученические, и в главном герое, протагонисте, всегда виден сам автор. «Красивостей», рассуждений пруд пруди — человек душу свою изливает, и это, в общем-то, понятно. Но изливаться уместнее, наверное, за пределами произведения — в личном дневнике, письме к другу или же в разговоре с ним за бутылкой пива... Опять же, не совет, а мое мнение: не тонуть в личном, не плодить из рассказа в рассказ собственные отражения... Хотя тут можно и поспорить. </p> <p>Повторю: и опыт, и техника — дело наживное, и если тянется рука к перу, перо к бумаге — не придерживай руку: пиши! Как же еще научиться писать, если не писать? </p> <p>Так, пойдем дальше. Выскажу сейчас мысль весьма банальную, общеизвестную, но от этого не ставшую менее верной: любой писатель должен обладать высокой общей культурой, образованностью, эрудированностью — называйте как хотите, но вы меня, надеюсь, поняли. А писатель-фантаст, к тому же, должен быть еще и дилетантом-многостаночником, то есть иметь представление, пусть даже поверхностное, о самых разных вещах. </p> <p>«Мы — таксы, выросшие под книжным шкафом», — сказал как-то в тех же Дубултах тогдашний «семинарист» Алан Кубатиев. (Ау, Алан! Читаешь ли нашу «Интересную газету» в своем Кыргыз... или Казах... в общем, где-то там?). Он сказал — а я, умник, в тот же день и записал. И сейчас вот раскопал эту фразочку в одном из своих дневников — пригодилась-таки! (Кстати, народ, никому, случайно, не попадала в руки общая тетрадь салатного такого цвета, оставленная в 2001 году либо в харьковской гостинице «Мир» после «Звездного моста», либо в поезде «Харьков-Одесса» — там несколько лет моей жизни! Отблагодарю, как положено...). </p> <p>Так, о чем это я? А, о таксах. Таксы — это, конечно, не орлы, взмывающие ввысь, но — выросшие под КНИЖНЫМ шкафом! К сожалению, от произведений многих начинающих, которые мне приходится читать, создается впечатление, что авторы росли где угодно, но не то что книжного шкафа — букваря рядом не было... Особенно удручает, что не знают русского языка российские авторы (писателям из Украины еще хоть какую-то скидку сделать можно; я и сам, прожив здесь достаточно долго, нет-нет да и начинаю сомневаться, как правильно то или иное слово звучит по-русски — и лезу в орфографический словарь. Но ведь лезу же! Коль взялся писать на русском языке — пиши грамотно). Братцы, честное слово, зло берет! Неграмотно написанную рукопись не то что публиковать — читать не хочется. И, думаю, не один я такой капризный из редакторского племени. </p> <p>Да что рукописи — подавляющее большинство произведений приходит по электронной почте, написаны они в «ворде», который ошибки распознает (правда, не все) — так и «вордовский» текст на экране моего компьютера аж красный весь от подчеркиваний... Начинающие, не пожалейте денег на словарь! </p> <p>Еще одна банальность (и уж такая банальная, что дальше некуда): книжки-то все-таки почитывайте, и не только фантастику, а «классиков», Пушкина, там, Чехова и так далее. Не творите произведения-кальки с компьютерных игр и «видиков». А такое мне попадается довольно часто, вплоть до этих набивших оскомину фраз: «Надеюсь, ты знаешь, что делаешь?», «Ты в порядке?» и т. д. </p> <p>Приношу извинения тем, кого этими своими пассажами невольно обижаю, кто и образован, и грамотен, и со штатовских боевиков ничего не срисовывает. Но ведь не выдумал же я все это... Кое-кто, как говорится, Бабеля с Бебелем путает, а «дефиницию» с «дефекацией». </p> <p>Да, принимаю возражения насчет того, нужна ли писателю-фантасту такая уж эрудированность, Мол, если необходимо что-то уточнить по ходу сюжета — можно и специальную литературу полистать, и вообще сначала изучить тему, а потом писать. Безусловно. Согласен. Сформулирую рекомендацию так: автор обязательно должен хорошо знать то, о чем пишет. Не знаешь — узнай, в наши дни нужную информацию раздобыть не так сложно. Все должно быть достоверно, без «развесистой клюквы». На этот счет хорошо сказал Андрей Валентинов (Шмалько) в докладе на харьковском «ЗМ-2002». Доклад опубликован в российском «Питерbook», новом харьковском альманахе «Созвездие Эдем» и в октябрьском номере «Порога». Для тех, кто не слышал и не читал, процитирую (Андрей, надеюсь, ты не возражаешь?). Говоря о произведениях русскоязычных фантастов, А. Валентинов отмечает: «С достоверностью вообще беда. Именно тут дилетантизм достигает прямо-таки Эвереста. Скажем, ныне как никогда популярна историческая фантастика. И что же? В одной книге, где действие происходит в XI-XII веках, славным городом Багдадом правит не халиф, а эмир, который лопает помидоры, привезенные из еще не открытой Америки, а его подданные подсчитывают загадочные «таньга», которые в Багдаде хождения не имели. В другой книге небо России терроризирует загадочная эскадрилья СС, в третьей, тоже про мировую войну, в германской армии вовсю функционируют партячейки НСДАП, которых до 1944 года там в помине не было. Интересно, что, по крайней мере в одном случае, автору было указано на несоответствие, причем еще до выхода книги в свет. И что же? А ничего, автор преспокойно ответствовал, что, во-первых, читатели и так слопают, а во-вторых, он, автор, «так видит». Это, мол, параллельная реальность. </p> <p>Вы скажете, мелочи? Кому в самом деле интересно, существовали в действительности эскадрильи СС или их в помине не было? Но ведь лиха беда начало. Сначала этакая «параллельная реальность», затем — параллельный язык, в результате же — параллельная литература, то есть паралитература, та самая, глянцевая. А потенциальный читатель, открыв обложку и прочитав про багдадского эмира, лишь пожмет плечами, плюнет — и утвердится во мнении, что слухи о маразме того, что сейчас называют фантастикой, не так уж далеки от истины. </p> <p>Это только пример. Желающие могут подойти к книжному лотку, не глядя цапнуть первую же попавшуюся книгу с драконом или звездолетом на обложке и перелистать, дабы убедиться, что подобные «эмиры» гнездятся всюду — и в авторской речи, и в диалогах, и в том, что авторы считают сюжетом». </p> <p>Каково, а? Я подписываюсь под этим всеми руками и ногами. </p> <p>Уф-ф... Переведем дух и двинемся дальше. Перечитал все написанное и вижу: какой-то «ругательный» у меня винегрет получается. Собирался тихо-мирно высказать свое мнение, а сам... Ладно, сбавим обороты, а то эк занесло! </p> <p>Маленькая пометочка для начинающих. Рекомендую прочитать хотя бы «Введение в литературоведение» (для тех, конечно же, кто не читал) — там изложены азы, основы искусства создания литературного произведения. И как минимум ничего не потеряете, если несколько вечеров проведете за чтением книг Яна Парандовского «Алхимия слова», Жана-Поля Сартра «Слова», Виктора Шкловского «О теории прозы»... </p> <p>Несколько слов о функции фантастики, ее назначении. Лет этак пятьдесят назад все у нас было предельно ясно: наша (в смысле, советская) фантастика — это ликбез для тех, кто не в курсе новых веяний в области науки и техники, кто не знает, как будут устроены электромобили, управляемые по радио трактора и фотонные звездолеты. Потом (или тогда же?) наша фантастика стала рупором нашей же идеологии, вовсю клеймила черные силы, загнивающие по ту сторону «железного занавеса», и рисовала пасторальные картины светлого коммунистического завтра. Воспитывала. Но и готовила человека к встрече с неведомым. </p> <p>А теперь? Еще раз вопрошу: с какой целью начинающий автор принимается ваять произведение? Чтобы сеять разумное, доброе, вечное? Поделиться с миром какой-то оригинальной идеей? Или просто развлечь народ? </p> <p>При чтении современной фантастики создается впечатление, что во главу угла сейчас поставлена функция именно развлекательная. Это же относится ко многим рукописям, поступающим в «Порог». К концу рабочего дня мне начинает мерещиться, что в углу моего кабинета притаилась армия черных магов, а на шкафу устроилось целое полчище драконов. «Когда я слышу слово «культура», я хватаюсь за пистолет», — кажется, так говорил министр пропаганды Третьего рейха. Когда я начинаю читать новое присланное произведение и натыкаюсь на слова «маг», «дракон», «артефакт», «рыцарь», «дьявол»... ладно, не будем о грустном. И о когорте эпигонов Профессора тоже не будем. И о всяких-разных конанах. Писания в стиле «в крови и сперме по колено» — как говорил Кир Булычев. Пожелаю начинающим не зацикливаться на этих темах. </p> <p>Писатель-фантаст Георгий Гуревич еще лет двадцать назад отмечал: «Есть ли отличительная черта у этого поколения [тогдашних «молодых». — А. К.]. Есть, пожалуй: полное безразличие, даже пренебрежение к научности, использование фольклорных образов — ведьм, леших, драконов, смешение сказки с роботами, со сверхсовременной техникой. Не о серьезном и не всерьез!» </p> <p>Плохо это или хорошо? Если это не перепев, не подражание — то почему бы и нет? Но с перепевами мне приходится встречаться гораздо чаще, чем с действительно оригинальными, самобытными произведениями. Наверное, подражательность почти неизбежна в начале творческого пути — как почти неизбежна в детстве корь. Но начинающим нужно искать свой стиль, свои темы — хотя задача эта и не из самых легких. </p> <p>Думаю, не открою начинающим Америку, если скажу, что художественное (в том числе и фантастическое) произведение — это своего рода триада, единство трех составляющих: идеи, сюжета и языка (возможно, сюда нужно добавить и стиль?). Идея — что хотел сказать автор своим произведением. Сюжет — в какой форме он это делает. Язык — средство реализации сюжета, который (в смысле сюжет) реализует идею. Убери любой из этих элементов — и произведения не будет (хотя многие уродцы от рождения ухищряются воплотиться в виде книг — ну, это уже на совести издателей). Тут у меня припасена небольшая обоймочка очередных цитат. Сразу всю ее и выпущу (за абсолютную точность не ручаюсь, поскольку воспроизвожу по памяти): </p> <p>«Нужно, чтобы было что сказать, и нужно умение сказать это интересно» (Ф. Фицджеральд). </p> <p>«Надо писать или о том, о чем никто не писал, или о том, о чем уже писали, но лучше» (Э. Хемингуэй). </p> <p>«Все виды литературы хороши, кроме скучной» (Вольтер). </p> <p>А теперь вновь предоставлю слово А. Валентинову. Все тот же доклад на харьковском «ЗМ-2002»: </p> <p>«Медвежью услугу новому поколению фантастов оказали, сами того не желая, те, кто десять лет назад боролся за само существование русскоязычной фантастики. Они победили, появилась возможность печататься, открылись книжные серии, выросли новые читатели. Нынешние авторы пришли по сути на готовое. Не надо бороться, не надо доказывать свое право на существование. Конечно, и сейчас требуется и помощь, и везение, и какой-никакой талант, но все же дорога молодежи уже расчищена. Более того, эта дорога снабжена метками и указателями. Можно уже не бороться за само право быть фантастом. Более того, можно не напрягаться, не выдумывать новое: вот вам космический боевик, вот — славянская фэнтези. Можно не изобретать велосипед, а, взяв чужой напрокат, ехать по глубокой колее. Так даже безопаснее, ибо новое — это всегда риск. Вот и едут — чужой колеей на чужом велосипеде. Отсюда и затянувшийся период ученичества. Зачем выдумывать свое, когда можно писать под Лукьяненко, под Олди, под Головачева. Конечно, это второй сорт, но... Но ведь печатают, а от добра добра, как известно, не ищут. В результате же... В результате же: вторичность идей и сюжетов, ежели таковые вообще присутствуют. В лучшем случае берется уже готовая схема (скажем, едет барон, видит — дракон), а остальное — по уже имеющимся лекалам; пугающая небрежность, ежели сильнее не сказать, к языку, образам, речи персонажей, структуре текста, одним словом, литературный дилетантизм в худшем виде...» </p> <p>По-моему, не в бровь, а в глаз. </p> <p>Да, оригинальную идею изобрести тяжеловато. Но тут совет начинающим может быть только один: ищите! И, возможно, обрящете. Если действительно хотите оставить след в литературе вообще и фантастике в частности — а не просто наследить. </p> <p>Что первично — идея или сюжет? А это когда как... Тут, думается, уместно будет привести выдержки из давнего выступления Б. Н. Стругацкого на заседании Ленинградского семинара писателей-фантастов: «Всякий человек, который написал в жизни хотя бы двадцать авторских листов, знает, что существуют две методики написания фантастических вещей. Методика номер один — это работа от концепции. Вы берете откуда-то, высасываете из пальца некую формулировку, которая касается свойств общества, мира, Вселенной, а затем создаете ситуацию, которая наилучшим образом ее демонстрирует. Второй путь, сами понимаете, обратный. Вы отталкиваетесь от ситуации, которая почему-то поражает ваше воображение, и, исходя из нее, создаете мир, одной из граней которого обязательно будет определенная концепция. Если ситуация интересная, полная, захватывает большие куски мира, то рано или поздно откуда-то выделится концепция и станет если не стержнем вещи, то во всяком случае, значительной, важной ее ветвью. (...) Притом, мне кажется, что УПРАВЛЯТЬ методикой нельзя. Нельзя поставить задачу — напишу-ка я концептуальную повесть и придумаю-ка я концепцию. Нельзя придумать концепцию, она приходит, может быть, из разговоров, из споров, из книг — она приходит, и тогда, если она возникла, если она содержательна, вы рождаете из нее ситуацию. То же самое и с ситуацией...» </p> <p>Нескромно ссылаться на самого себя, но уж больно хочется — иллюстрация к словам Бориса Натановича довольно яркая. Моя дилогия «Зверь из бездны» выросла из одной-единственной фразы, которую я буквально краем уха услышал, случайно оказавшись в зоне досягаемости телевизора... </p> <p>Сюжеты... Что ж, в отличие от идей, их можно насочинять море разливанное — если действительно есть в душе искра Божья и творческий зуд. Только сразу скажу начинающим: повествование о том, как пресловутый Вася Пупкин добывает желанный артефакт, сражаясь со злобными блямблямчиками — это вовсе не фантастика. И, вероятно, не литература. Эх, насчет подобных сюжетов много мог бы я привести примеров из своей редакторской практики — только места не хватит. Поэтому — всего один. Sapienti sat. Некий герой, вооружившись лазерным мечом, ушел из отчего дома и отправился «квестовать» по разным мирам. Одного злодея прибил, от второго ушел, а третий его взял... и съел. Потому что был круче. Тут и сказочке конец. Хотя на деле неизмеримо больше таких текстов (произведениями их назвать как-то язык не поворачивается), где герой и третьего героя победил и что-то там такое добыл. Потому как читатель любит счастливые... м-м... энды. А еще — продолжения. Но суть от этого не меняется. </p> <p>Откровенно говоря, я берусь опубликовать в «Пороге» (и публикую) даже такие произведения, где и идея не нова, и сюжет достаточно шаблонен, но где присутствует то, что можно назвать художественностью. Где имеешь дело именно с литературным произведением, а не текстом. Хороший, сочный язык, образность, своеобычность, ассоциативность, мыслеемкость и всякое прочее — ну, вы, надеюсь, меня понимаете, — а не на уровне «он пошел», «он ударил», «утвердительно кивнул своей головой» и т. д. С этим делом у многих начинающих проблема (еще раз подчеркну: сужу, в основном, по текстам, поступающим в «Порог», хотя как член жюри конкурса, который дважды в год проводит московский КЛФ, читаю и другие тексты). </p> <p>Просто убивает обилие штампов. Ребята, старайтесь писать по-своему, избегайте этих бесконечных «звонко щебечущих птиц», «побелевших костяшек пальцев», «потемнения в глазах» и прочая. </p> <p>Повторяю банальный совет: больше читайте «классиков», перечитывайте, не столько уже следя за развитием сюжета, сколько изучая технику письма; не ЧТО написано, а КАК написано. И пробуйте писать образно, в своем стиле — и просто (но не в смысле «примитивно»!), без излишней вычурности, украшательства. Напомню карамзинистов: «Пестрые толпы сельских ореад сретаются со смуглыми ватагами пресмыкающихся фараонид». А проще написать: «Деревенским девкам навстречу идут цыганки». Или из Марлинского: «Ощипанные гуси, забыв капитолийскую гордость, словно выглядывают из возов, ожидая покупщика, чтобы у него погреться на вертеле». То есть: «продаются гуси»... Но простоты типа «он пошел и пришел», конечно же, тоже следует избегать. </p> <p>О! Пока искал эти цитаты, наткнулся на кое-что еще. По воспоминаниям В. Катаева, Бунин сказал, что настоящий литератор испытывает отвращение, положив перед собой чистый лист. Если вы испытываете нечто подобное — значит не сомневайтесь: вы обязательно будете настоящим фантастом!&#160; </p> <p>Теперь два слова о стиле, причем не свои два слова, а С. Наровчатова (думаю, начинающие фантасты тоже знают такого): «Выработка стиля заполняет первые годы писательской деятельности, работа над стилем продолжается всю жизнь. И это при непременном условии природной художественной одаренности. Без нее самые отшлифованные произведения — мертворожденные дети». </p> <p>Что, кое-кто приуныл? Но я же говорил где-то в начале этого «винегрета», что на каждую цитату найдется «противоцитата». По мнению небезызвестного московского «корчмаря», «научить писать можно любого. Каждого! Как каждого можно сделать мастером спорта, научить играть на скрипке или рояле». Так что выбирайте сами, чье мнение вам более по вкусу. (Замечу в скобках, что каждый, кто взялся писать, естественно, считает, что эта самая «природная художественная одаренность» у него наличествует...). </p> <p>Пойдем дальше. Избегайте однотипности, одноликости персонажей, картонности непременных красавцев-героев и уродов-злодеев. Да, возможно, в фантастике главное — сюжет, но все-таки трудно удерживать в памяти кто есть кто в толстенном романе, если положительные герои отличаются друг от друга только именами, так же как антигерои. Кочуют из романа в роман — причем совершенно разных авторов! — одни и те же плоские серые тени, разве что одеты по-разному: один облачен в средневековые латы, другой — в комбинезон звездопроходца-покорителя галактических империй, да оружие у каждого свое (хотя и тут особого разнообразия нет: меч или бластер-импульсатор-аннигилятор). </p> <p>Создать новый, запоминающийся образ — задача нелегкая (а кто сказал, что писательский труд легок?), но выполнимая. Ведь создал же Гомер Одиссея, Сервантес Дон Кихота, Гоголь Хлестакова. Почему бы и вам не попробовать? Даже если не получится дотянуться до уровня Отелло (пока?), все-таки, может быть, получится выше все того же одномерного безликого Васи Пупкина с бластером наперевес. </p> <p>Итак, не герой-схема, а герой-личность, в динамике, с характером сложным, многоплановым, герой цветной, а не черно-белый. Образ нужно показывать в развитии, раскрывать в действии, с персонажем постоянно должно что-то происходить, он должен меняться... (пардон, забылся и сбился на этакий менторский тон). </p> <p>Героям многих произведений молодых авторов, которые мне довелось читать, не хватает психологической убедительности, их поступки зачастую необоснованны, а порой вообще противоречат здравому смыслу. Автор заставляет своего героя поступать так, как ему, автору, нужно в рамках придуманного сюжета — и поэтому герои выглядят совершенно неправдоподобно. Таким образом, герой тут является простой марионеткой автора, а ведь он должен действовать самостоятельно. Примеров здесь можно привести тьму-тьмущую, но ведь не трактат же литературоведческий сочиняю, а набрасываю схематичные (или схематические?) заметки — поэтому ограничусь парочкой примеров, из совсем недавних. (Кстати, прямо эпидемия какая-то на слово «пара»; то и дело попадаются «пара минут», «пара метров», «пара сигарет» — но ведь все это понятия-то непарные! Другое дело, «пара ботинок»...). Прислал мне автор из Питера рассказ из серии «страшилок». Герой намерен купить остров с ну просто жуткой репутацией: в давние времена случилась там не одна ужасная смерть, прежние владельцы тоже сгинули. Страшные вещи рассказывает про этот остров экстрасенс — друг героя, ему вторит паромщик, везущий упрямого героя на остров. А герой таки поселяется в этом инфернальном месте. Может, он экстремал или вынужден поступить именно так? Нет, вполне обычный человек, и ужасается, услышав всю эту жуть. Просто он, как поясняет автор, хотел после смерти жены уехать куда-нибудь подальше от людей... Только и всего. Интересно, а сам автор поселился бы в таком месте, если бы узнал все эти страшные подробности? </p> <p>Ясное дело, если бы герой не попал на остров, не было бы и «страшного» рассказа. Но тогда героя нужно сделать или действительно экстремалом, или не дать ему другого выбора, или еще как-то УБЕДИТЕЛЬНО обосновать этот его сумасбродный поступок (может быть даже временным помутнением рассудка или атрофией чувств, вызванной смертью любимой супруги — когда все по фигу...) </p> <p>Повесть одного подмосковного автора рассказывает о том, как злодеи-кочевники стараются изжить с лица планеты хороших людей. Как только эти кочевники не изощряются: и лжеколдуна засылают, и мальчика-«ясновидца», и малолетнюю княжну со свету сживают при помощи отравы (которую пьет и лжеколдун, жертвуя собой ради торжества злого дела)... Но не прошли кочевники, дали им отлуп хорошие люди. А через какое-то время собрали кочевники войско и без всяких ухищрений раздолбали хороших людей. Вопрос: а чего ж они раньше-то так не сделали? Ответ: тогда бы не было повести... (Впрочем, написана она хорошо, и я все-таки включил ее в план публикаций — потому что автор действительно ПИСАТЕЛЬ). </p> <p>Отсюда — рекомендация начинающим: ставьте себя на место героя и прикидывайте, смогли бы вы, находясь в полном уме и здравии, поступить так же (если, конечно, ваш герой — нормальный человек, а не сверхкрутой супермен из «космических опер» — в худшем смысле этого термина, — где о психологичности говорить как-то даже смешно). </p> <p>Написал: «космические оперы» — и вновь вспомнил С, А. Снегова, которого в начале этих винегретных заметок назвал родоначальником советской «космической оперы». Так ведь это была действительно опера! «Кармен»! (Ну как не вспомнить достопочтенного Паниковского). Опера, а не ярмарочный балаган. «Очень важна в произведении первая фраза», — вновь и вновь повторял он и всегда ссылался на «Саламбо» Флобера. «Послушайте, как звучит начало, — почти благоговейно говорил Сергей Александрович. — Это было в Мегаре, предместье Карфагена, в садах Гамилькара...» </p> <p>Помню, как он сокрушался по поводу того, что ни в одном произведении «семинаристов» (Дубулты, Всесоюзный семинар молодых писателей-фантастов) он не обнаружил «второго слоя» — все произведения были плоскими, а не объемными. «Мы ломовики и лобовики», — говорил он и приводил в пример знакомую с детства (во всяком случае, моему поколению) «Голубую чашку» А. Гайдара. Потом я перечитал этот рассказ: массаракш, а ведь точно! В детстве-то этого не замечаешь, а взрослые не читают «Голубую чашку». Речь идет не об иносказании, не о «Эзоповом языке», а именно о втором слое, идущем параллельно с первым, переплетающемся с ним. Задача, конечно же, сложная для начинающих — но пусть она станет вершиной (или одной из вершин), к которой нужно стремиться. </p> <p>А вот дидактичность, напротив, — это не вершина, а яма, в которую лучше не падать. Не стоит поучать читателя, не стоит считать его глупее автора. Известный писатель С. Антонов говорил, что художественную идею он, еще будучи литкружковцем, представлял себе «как нравоучение, как мораль басни». А идею-то надо показывать посредством художественного образа, через героя, а не давать в конце, как в оригинале «Сандрильоны» (более известной как «Золушка». Кстати, в дальнейшем мораль из окончания сказки исчезла). </p> <p>Помнится, на одном из Всесоюзных семинаров Святослав Логинов при обсуждении здорово врезал мне сразу за две мои повести. «Из каждой строчки прет классное наставничество, — сказал он. — Повести дидактичны, в них прослеживается четкая мораль; она формулируется где-то в середине, и дальше идет иллюстрация морали». Записал я эти его слова... Обидно было, конечно (всегда считаешь свои вещи гениальными!), но зато урок я получил очень хороший. А люди-то какие были в нашей группе: Юлий Буркин, Алан Кубатиев, Лев Вершинин, Сергей Иванов (это который из Риги)... Увы, отошли те времена, когда ежегодно проводились такие семинары молодых писателей-фантастов — не конвенты и фестивали (которые тоже по-своему, безусловно, хороши), а именно учеба, взаимное чтение произведений, их разбор (не разборки!), советы... </p> <p>Ладно, взгрустнул — и пойдем дальше. Немалое значение в восприятии фантастического произведения играет внимание автора к деталям, вызывающим у читателя ощущение достоверности, подлинности фантастического. И вообще деталями не стоит пренебрегать (хотя и перегружать ими произведение тоже, наверное, не стоит). Приведу почти классический пример из «Войны миров» Г. Уэллса. Помните, снаряд угодил в боевой треножник и в клочья разнес марсианина — но сам треножник устоял. «Никем не управляемый, с высоко поднятой камерой, испускавшей тепловой луч, он быстро, но нетвердо зашагал по Шеппертону. (...) Чудовище стало теперь слепой машиной разрушения. Оно шагало по прямой линии, натолкнулось на колокольню шеппертонской церкви и, раздробив ее, точно тараном, шарахнулось, споткнулось и с грохотом рухнуло в реку». Вот картинка так картинка! А ведь Уэллс сегодня подзабыт... </p> <p>Что делает эту сцену особенно вещной, конкретной? Именно удачная деталь — колокольня, в которую врезался марсианский треножник. Одновременно Уэллс применяет здесь и принцип характеристики неизвестного через известное: колокольня, которую, словно тараном, сокрушил боевой треножник, позволяет читателю представить размеры и мощь этой фантастической машины. (Этот пример я взял из книги Н. И. Черной «В мире мечты и предвидения»). </p> <p>Не знаю, насколько справедливо будет следующее утверждение, но все-таки выскажу его. Возможно, это дело вкуса. (Как я обычно отвечаю авторам: «Я отнюдь не претендую на роль Верховного Судии и Истины в последней инстанции»). Мне не очень по душе, когда действие развивается линейно, без перебивок, без экскурсов в прошлое, без забегания вперед, без описания одного и того же события разными персонажами. Совет это или не совет — решать самим начинающим авторам. </p> <p>Опять же вспомню С. Снегова. «Глагол — энергия речи, — говорил он. — Употребляйте поменьше прилагательных, побольше глаголов. — И тут же добавлял: — Хотя, в общем-то, это личное дело каждого». </p> <p>А вот в чем я абсолютно уверен, так это в том, что ни в коем случае не стоит делать фантастическое произведение простой демонстрацией-манифестацией какой-либо научно-технической (или полунаучно-полутехнической) идеи. Да, такая идея может быть стержнем, основой сюжета, его каркасом — но не более. Читатель должен видеть не скелет, а симпатичное, в меру упитанное существо в расцвете лет и сил... А вообще, описание всяких технических устройств не входит, по-моему, в перечень «должностных обязанностей» фантастической литературы. </p> <p>О, кстати (вернее, совсем некстати, но у нас же винегрет!), просматривая свои старые записи, обнаружил ответ С. Снегова на вопрос кого-то из «семинаристов» насчет того, много ли трупов должно быть в фантастическом произведении. «Увеличение количества трупов ослабляет впечатление от трупов», — таков был ответ. Автор начинающий, доложу вам, нынче пошел ох какой кровожадный! Рассказ на две-три журнальные страницы, а народу положено-ухайдокано немеряно. А ведь есть такое соображение (сошлюсь на свой роман «Вино Асканты» — к черту скромность! И все равно его нигде не найти — у самого последний авторский экземпляр «зачитали» с концами), что литературные миры воплощаются в какой-то иной вселенной, и убиенные авторами персонажи вновь умирают... Так давайте будем гуманными, господа. Мы ведь, между прочим, тоже вполне можем оказаться чьими-нибудь литературными героями, и если создавший нас автор столь же любит лить кровь... </p> <p>Стоп, закругляюсь с этим пунктом! Потому что мысль не стоит топить в многословии. Существует мнение, что читатель не любит длинных рассуждений, ему действие подавай, «экшн». Побольше динамики! Поменьше заумных рассусоливаний! Потому как если читатель умишком ниже вас — ваши рассуждения ему неинтересны. Если выше — тоже... Как говорится, «это тезис спорный», но на всякий случай надо иметь его в виду. </p> <p>Равно как и другой: «не нужно грузить читателя своими мыслями». Вот что пишет по этому поводу один московский литератор: «Никому ваши мысли на хрен не нужны. Даже если считаете их замечательными. Даже гениальными. Способными спасти мир и цивилизацию. [Не следует ли из этого, что и эта вот мысль данного литератора тоже «никому и на хрен?..» — А. К.] (...) У каждого читателя их своих вагон и две тележки. Замечательных, гениальных, небывалых. Каждый грузчик у пивной скажет вам, как спасти мир, цивилизацию, поднять курс рубля и вылечить СПИД. Понятно, свои идеи и мысли он считает заведомо интереснее. Почему? Да потому что свои!!! А не какого-то Хэмихуэя. Эту горькую истину надо запомнить накрепко. Иначе бросайте такое дело, как литература, сразу». </p> <p>Я не буду комментировать этот пассаж. Тут каждый должен определиться сам. </p> <p>Еще один «методический совет», который можно принимать или «послать на хрен»: не злоупотребляйте диалогами (хотя есть ли тут мера, и кто ее, эту меру, знает?). А вот более конкретно (С. Снегов): не объясняйте в диалогах то, что нужно знать читателю, но что хорошо известно самим беседующим персонажам; не делайте диалог источником информации — это дешевый прием, признак провинциальности литературы. </p> <p>Добавлю: читайте сочиненные вами диалоги вслух. Смогли бы вы так изъясняться в реальной жизни? Диалоги, между прочим, — одно из самых слабых мест поступающих в «Порог» произведений. </p> <p>При всем разнообразии мнений встречается подчас и удивительное единодушие. Разные писатели высказывались по этому поводу разными словами, но суть одна. «Прочитай фразу и посмотри, что можно из нее выкинуть, чтобы фраза не рассыпалась», — советует И. Бабель (тот, которого путают с Бебелем). «Сокращай беспощадно!» — предлагает С. Снегов. «Молодому писателю нужно испытывать если не радость, то хотя бы чувство удовлетворения, когда он находит лишнюю строчку и зачеркивает ее», — говорит С. Антонов, призывая не лить «водичку». «Вычеркивай к такой матери те слова из уже написанной фразы, без которых можно обойтись», — без обиняков рубит Ю. Никитин. </p> <p>Отмечу, что подавляющая часть моей редакторской работы заключается именно в этом занятии. И произведения от этого не только не страдают, но и выигрывают — это не только мое мнение, но и мнение самих авторов, прошедших «обрезание». Путин, вон, говорил, что в Москве есть специалисты по этому делу. Ан не только в Москве! В Кировограде тоже!&#160; (Эх, а сам-то я из Твери, поэтому с удовольствием публикую произведения земляков — даже если они не очень мастерски написаны). </p> <p>Довольно интересную, на мой взгляд, «Шпаргалку писателя» составил Василий Купцов. Приведу ее практически полностью (почти без редактирования) и надеюсь, что составитель не будет в претензии за перепечатку. (Василий, как там Мытищи? Чаек, небось, попиваешь «близ Москвы»?). </p> <p>Однажды «Юрий Александрович Никитин, в попытках передать какую-то часть опыта начинающим фантастам в моем лице, рассказал, как записал крупными буквами на бумажке и повесил прямо над рабочим столом кое-какие напоминания. В частности: «не забыть упоминать цвета», «указать, какое время года, суток», «погода, осадки», «помни об употреблении сравнений». Методика работы выглядела крайне просто — пишешь какой-нибудь там роман или эпопею, ненароком поднял глаза — и замечаешь, что набил уже целую страницу, а все описания на ней — черно-белые, и ни одной метафоры! Поработаешь так годик с напоминалкой у носа — и начинаешь уже автоматически вставлять и цвета, и запахи, и о солнцепеке с дождем не забудешь, а уж литературные сравнения сами через каждые десяток-другой строк выскакивать будут». </p> <p>Вот какая «шпаргалка» висела у В. Купцова в 1999 году: </p> <p>1. Время года (1 раз). 2. Время суток (1 раз в эпизод). 3. Погода, осадки (1 раз в эпизод). 4. Цвета (по всему тексту). 5. Запахи (по всему тексту). 6. Вкус. (Не указано. — А. К.). 7.Тактильные ощущения — необязательно. 8. Температура (воздух, вода, металл) — необязательно. 9. Болевые ощущения — необязательно. </p> <p>«Вероятно, стоит подумать и о том, чтобы не забыть описать внешность героев», — замечает В. Купцов. </p> <p>10. Убрать глупые «свой, своя, свои...» 11.Убрать лишние «был, были...» </p> <p>«Пункты 10-11 указывают на те слова-паразиты, употреблением которых грешат практически все начинающие. (...) Не стоит лазить «своей рукой в свой карман». Что же до обилия «был-были», то не стоит употреблять [вероятно, имелось в виду «уподоблять». — А. К.] текст русского автора машинному переводу с английского». </p> <p>12. Исправить предложения, где на одно подлежащее приходится несколько сказуемых («гусеницы»). 13. Проверить, одинаковы ли времена у глаголов в одном абзаце. 14. Проверить, в одном ли стиле написан текст. </p> <p>15.Убрать «видимо». 16. Убрать «действительно». 17. Убрать «однако». 18. Убрать «впрочем». </p> <p>«Пункты 15-18 — список слов, которых следует всячески избегать в речи от автора, — поясняет В. Купцов, — в диалогах героев — пожалуйста! Скорее всего, список стоит дополнить». </p> <p>Однако, я не согласен с Василием. Впрочем, сколько людей, столько мнений. Видимо, каждому — свое... Действительно, эти слова могут быть неотъемлемыми элементами стиля — я, например, очень люблю слово «впрочем» и частенько им пользуюсь именно в авторской речи. </p> <p>19.Проверить, использованы ли сравнения. </p> <p>В. Купцов: «Для некоторых начинающих авторов мысль о том, что употребление метафор является едва ли не первейшим признаком литературного произведения, может оказаться новой...». (А вот здесь — полностью согласен). </p> <p>20. Обработать программой «Свежий взгляд». </p> <p>«Это тоже — на мой вкус, — замечает В. Купцов. — Программа выделяет одинаковые кустки слов, находящихся в «опасной близости». Например, одно и то же слово, повторенное дважды в одном предложении. Программа очень помогает при авторской правке текста. Но кому-то употребление компьютерных программ против шерсти. Нет проблем — выкидывайте этот пункт!» </p> <p>Да, хотя я кое в чем с Василием не согласен, но в целом «шпаргалка» действительно может принести какую-то пользу. Возможно... </p> <p>...И вот произведение написано. Что делать дальше? Сразу бомбардировать издательства? </p> <p>Вновь обратимся к Льву Толстому. А он советует написать в первый раз, затем переписать, чтобы расставить мысли, затем еще раз — чтобы расставить слова... Что, в лом? А-а, вот потому-то мы и имеем те книги, которые имеем. </p> <p>Если нет желания переписывать вещь два-три раза, целесообразно хотя бы отложить ее на некоторое время и заниматься чем-то другим (писать что-то другое). А потом ее перечитать — и устранить пропущенные ранее погрешности. </p> <p>Можно дать прочитать рукопись сведущим людям, знающим толк в русском языке, литературе вообще и фантастике в частности. Если эти люди — друзья автора, лучше не говорить им, кто это написал: друзья по-настоящему покритиковать не смогут. Впрочем (Василий, привет!), смотря какие друзья. </p> <p>И последние крохи винегрета, которым я вас, поди, уже вконец задолбал. Это уже не пожелание, а самый недвусмысленный и категорический совет: если вознамеритесь присылать свою нетленку в «Порог», обязательно хоть немного расскажите о том, кто вы и откуда. То бишь снабдите текст сопроводиловкой. Не знаю, как другим редакторам, а лично мне гораздо приятнее, что ли, работать с авторами, о которых я знаю хоть что-то кроме имени или псевдонима. А вот когда приходит текст (по почте или<br />«мылом»), где значится только «И. Иванов» — и все, ни «здравствуйте» тебе, ни «до свидания», то меня, знаете ли, несколько коробит. </p> <p>...Ну что ж, вот и весь винегрет. Теперь слово за вами, молодые-начинающие. Только не надо спешить — места на Олимпе всем хватит... </p> <p><strong><span style="display: block; text-align: right">2003</span></strong></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Sat, 05 Jun 2010 10:38:03 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=35#p35 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=34#p34 <p><strong>Ваши приветсвия в этой теме.</strong></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Sat, 05 Jun 2010 10:21:33 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=34#p34 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=33#p33 <p>Чем?</p> mybb@mybb.ru (Проверка) Fri, 04 Jun 2010 20:30:22 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=33#p33 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=23#p23 <p><strong><span style="display: block; text-align: center">Несколько простых правил, от соблюдения которых <em class="bbuline">ВАМ</em> же легче будет.</span></p> <p>» В данном разделе создаются темы с вашим литературным творчеством. <br />» Одна тема - одно произведение.<br />» Публикуя текст, вы подтверждаете, что являетесь его автором или получили на то согласие.<br />» Форматируйте текст, разбивайте на абзацы, если есть подразделы - разбивайте на несколько постов или ***<br />» Давайте понятные заголовки! Если заголовка нет, лучше написать &quot;Про драконов...&quot;, &quot;Про любовь...&quot;, чем: &quot;Мой рассказ&quot;, и не заглдядывая в тему, все будет боле-менее ясно.<br />» Рядом с названием (Если убирается, то и в заголовке темы) указать жанр (фантастика, детектив...)<br />» Оставляя критику, ведите себя вежливо, указывая на ошибку, будьте готовы доказать, что ошибка действительно существует или ссылайтесь, что это только ваше мнение, которое ни на что не претендует.</strong></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Thu, 03 Jun 2010 20:34:43 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=23#p23 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=22#p22 <p><strong><span style="display: block; text-align: center">Несколько простых правил, от соблюдения которых <em class="bbuline">ВАМ</em> же легче будет.</span></p> <p>» В данном разделе создаются темы с вашим литературным творчеством. <br />» Одна тема - одно произведение (глава, для романов).<br />» Публикуя текст, вы подтверждаете, что являетесь его автором или получили на то согласие.<br />» Форматируйте текст, разбивайте на абзацы, если есть подразделы - разбивайте на несколько постов или ***<br />» Давайте понятные заголовки! Если заголовка нет, лучше написать &quot;Про драконов...&quot;, &quot;Про любовь...&quot;, чем: &quot;Мой рассказ&quot;, и не заглдядывая в тему, все будет боле-менее ясно.<br />» Рядом с названием (Если убирается, то и в заголовке темы) указать жанр (фантастика, детектив...)<br />» Оставляя критику, ведите себя вежливо, указывая на ошибку, будьте готовы доказать, что ошибка действительно существует или ссылайтесь, что это только ваше мнение, которое ни на что не претендует.</strong></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Thu, 03 Jun 2010 20:33:56 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=22#p22 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=21#p21 <p><strong><span style="display: block; text-align: center">Несколько простых правил, от соблюдения которых <em class="bbuline">ВАМ</em> же легче будет.</span></p> <p>» В данном разделе создаются темы с вашим литературным творчеством. <br />» Одна тема - одно произведение.<br />» Публикуя текст, вы подтверждаете, что являетесь его автором или получили на то согласие.<br />» Форматируйте текст, разбивайте на абзацы, если есть подразделы - разбивайте на несколько постов или ***<br />» Давайте понятные заголовки! Если заголовка нет, лучше написать &quot;Про драконов...&quot;, &quot;Про любовь...&quot;, чем: &quot;Мой рассказ&quot;, и не заглдядывая в тему, все будет боле-менее ясно.<br />» Рядом с названием (Если убирается, то и в заголовке темы) указать жанр (фантастика, детектив...)<br />» Оставляя критику, ведите себя вежливо, указывая на ошибку, будьте готовы доказать, что ошибка действительно существует или ссылайтесь, что это только ваше мнение, которое ни на что не претендует.</strong></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Thu, 03 Jun 2010 20:32:47 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=21#p21 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=20#p20 <p><strong>Не стесняйтесь, обращайтесь как в книжном магазине!<br />Будем искать!</strong></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Thu, 03 Jun 2010 20:15:00 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=20#p20 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=19#p19 <p><strong>Я для примера начну.</p> <p>Кто из любителей фэнтези еще не читал Пехова? Если такие еще остались вот моя рекомендация:<br />Классика жанра, великолепно проработанный и атмосферный мир! Цикл проглатывается на одном дыхании!</p> <p><span style="font-size: 16px">Автор Алексей Пехов<br />Цикл &quot;Хроники Сиалы&quot;</span></p><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p>&quot;Крадущийся в тени&quot;<br />Жанр: Фэнтези<br />Опубликовано: Издательство “Альфа-книга (Армада)”. Москва, 2002.<br /><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="https://www.pehov.info/cutenews/data/upimages/31.jpg" alt="http://www.pehov.info/cutenews/data/upimages/31.jpg" /></span><br /><span style="font-style: italic">Вор и герой – понятия несовместимые? Как бы не так! Когда приходится делать нелегкий выбор между топором палача и Заказом на небольшую прогулку в мрачные могильники эльфийских лесов, трезвомыслящие люди выбирают топор палача, а герои, такие, как Гаррет, решают бросить кости и, надеясь, что выпадут шестерки, рискнуть. Ведь всего-то надо пробраться в заброшенную башню Ордена, надуть парочку злобных демонов, избавиться от наемных убийц, подставить воровскую гильдию, выйти из десятка кровавых стычек... ну и доехать до этих тьмой проклятых могильников вместе с небольшим отрядом отчаянных королевских рубак. Стоит ли говорить, что такой Заказ просто невозможно выполнить?</span></p></blockquote></div><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p>&quot;Джанга с тенями&quot;<br />Жанр: Фэнтези<br />Опубликовано: Издательство “Альфа-книга (Армада)”. Москва, 2002.<br /><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="https://www.pehov.info/cutenews/data/upimages/32.jpg" alt="http://www.pehov.info/cutenews/data/upimages/32.jpg" /></span><br /><span style="font-style: italic">Кости Судьбы упали, показав единицы, и это значит, что отряд влип в очередную историю, а отдуваться за всех придется вору. Или герою? Или просто человеку, который оказался не в том месте и не в то время? Нет, ну вы подумайте сами, как можно назвать того, кто оказался между слугами Хозяина и Неназываемого, залез в гадючье гнездо за ключом от Створок эльфийских могильников, пересек Иселину, Пограничное королевство и добрался до лесов Заграбы? А также каким-то чудом избежал клинка, стрелы и еще множества неприятных для здоровья «сюрпризов». Так как его прикажете называть? Правильно, по меньшей мере, дураком и самоубийцей, раз он влез в грызню за Рог Радуги.<br />И теперь, когда отступать уже поздно, тени сгущаются, окружают отряд и уже неясно, где друг, а где враг, где та неуловимая грань между ответом и тайной, жизнью и смертью. Ведь не многим известно, что джанга с тенями не всегда ведет правильной дорогой...</span></p></blockquote></div><div class="quote-box quote-main"><blockquote><p>&quot;Вьюга теней&quot;<br />Жанр: Фэнтези<br />Опубликовано: Издательство &quot;Альфа-книга (Армада)&quot;. Москва, 2003.<br /><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="https://www.pehov.info/cutenews/data/upimages/103.jpg" alt="http://www.pehov.info/cutenews/data/upimages/103.jpg" /></span><br /><span style="font-style: italic">Величественные леса Заграбы скрывают под кронами златолистов заброшенные города сгинувших рас, деревни воинственных орков, легендарный Лабиринт и могильники Костяных дворцов. Подземные катакомбы хранят в своих мрачных глубинах тайны Темной эпохи. Страшно подумать, что ждет того, кто по глупости своей решится растревожить покой этого места. Но там, где не пройдет герой, прокрадется мастер-вор. Уж не Гаррету ли, научившемуся танцевать с тенями, суждено сделать то, что неподвластно герою – добыть легендарный Рог Радуги и выбраться из Заграбы? А пока Зло вьется над королевством, армии врагов наступают, и пошатнувшееся равновесие вот-вот грозит разбудить вьюгу теней.</span></p></blockquote></div><p></strong></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Thu, 03 Jun 2010 20:00:57 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=19#p19 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=8#p8 <p><strong>Уважаемый Гость! Нам интересно знать каким способом вы попали на наш форум и что вы хотели тут найти.</p> <p>Ваша информация поможет нам развиваться в правильном направлении!</strong>&#160; :flag:</p> mybb@mybb.ru (Администратор) Wed, 02 Jun 2010 11:10:31 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=8#p8 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=6#p6 <p><strong>Голосуйте, и, желательно, высказывайтесь почему проголосовали именно так.</strong></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Wed, 02 Jun 2010 11:04:08 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=6#p6 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=5#p5 <p><strong>Форум с радостью обменяется ссылками или баннерами с ресурсами <em class="bbuline">схожей тематики.</em></strong></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Wed, 02 Jun 2010 11:01:28 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=5#p5 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=4#p4 <p><strong>При посещении любого форума о нем складывается определенное впечатление: плохой, хороший, чего не хватает, а что лишнего.</p> <p>Тут вы можете свободно высказаться относительно всего, что есть на форуме.</strong></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Wed, 02 Jun 2010 10:57:54 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=4#p4 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=3#p3 <p><strong>Если, не смотря на все предосторожности, вы забыли, потеряли свой пароль, воспользуйтесь функцией &quot;восстановление пароля&quot;, и если ваш почтовый ящик исправен - пароль придет на него.</p> <p>Если пароль восстановить не удается - напишите об этом здесь и укажите адрес <em class="bbuline">действующей электронной почты</em>, администраторы поменяют пароль.</strong></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Wed, 02 Jun 2010 10:53:58 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=3#p3 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=2#p2 <p><strong>Если по какой-либо причине вы не можете зарегистрировать аккаунт (а очень хочется), напишите об этом здесь и мы поможем разобраться.</p> <p>» С осторожностью пользуйтесь почтовым сервисом mail.ru, с него вы не сможете восстановить пароль!</p> <p>» Запоминайте свой пароль!</strong></p> mybb@mybb.ru (Администратор) Wed, 02 Jun 2010 10:46:49 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=2#p2 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=1#p1 <p>Благодарим за выбор нашего сервиса!</p> mybb@mybb.ru (Администратор) Tue, 01 Jun 2010 19:51:26 +0400 https://bestseller.mybb.ru/viewtopic.php?pid=1#p1